«Где все эти чёртовы люди, когда они так нужны?!»
Позади раздалось деликатное покашливание. Джон, саркастично закатив глаза, обернулся к братьям, которые выглядели весьма недоброжелательно. Сэм вообще был готов в любое мгновение ударить мужчину.
— Что вы можете сказать об их состоянии? — Дин поправил галстук. Чакки незаметно выдохнула в сторону, как если бы готовилась выпить рюмку водки, попыталась высвободить руку, но оказалась лишь сильнее прижата к мужчине. От его тела исходил жар, белоснежная рубашка пахла дорогим парфюмом. Такой не каждый врач психиатрической лечебницы мог себе позволить.
— Стабильно-агрессивное. — Джон потянул Логан за руку, увлекая девушку в левое ответвление коридора. Чакки умоляюще взглянула на братьев, шепнув одними губами:
— Спасите!
— Вот мы и на месте, — остановился у двери мужчина. Чакки облегчённо привалилась к стене. Ноги нещадно болели от шпилек. А ведь ей пришлось нестись за этим чудаковатым «проводником». Наконец-то он отпустил её руку, и Логан принялась растирать запястье, бросая многообещающие взгляды в сторону братьев. Если Дина даже веселила сложившая ситуация (как сладка месть!). То Сэмми был готов рвать и метать. Но больше всего ему хотелось сгрести девушку в охапку и свалить из этого мрачного места, не сколько подальше от психов, сколько от их лечащего врача.
Джон отпер дверь и наиграно-галантным жестом, смотря на Винчестеров, пригласил их внутрь. Прищурившись, Дин шагнул в комнату с мягкими стенами, следом за ним Сэм, а вот Чакки не успела.
Сильная рука преградила ей путь. Начиная раздражаться, девушка взглянула на склонившегося к ней мужчину. Акулий взгляд пожирал её, отнимая последние крохи самообладания, белоснежная улыбка зачаровывала, а чёрный хаос волос манил. Вот только сердце и душа молчали. Если тело требовало запереться с мужчиной в подсобке, то сердце вопило всевозможные протесты. Ни хриплый голос, ни приторная усмешка, ни похотливый взгляд, обещающий наслаждение, не заставили сердце отречься от Ангела. От него.
От Люцифера.
Мужчина прищурился, вглядываясь в карие глаза Чакки. Казалось, он знал о её мыслях. О том, кто владел каждой крупицей её сознания. И это пугало. Он наклонился ещё ближе, обдавав лицо горячим дыханием. Взгляд Джонатана гипнотизировал, но не манил так сильно, как выцветающие глаза Падшего. Он не был им, и, наверное, поэтому не был так желанен.
— Эми, не хотели бы вы составить мне компанию за чашечкой кофе, пока ваши коллеги беседуют с пациентами? — Джон накрутил на палец кучерявую прядь, отчего Чакки чуть не взорвалась матерными высказываниями, но была пресечена насмешливым голосом старшего Винчестера.
— О! Забирайте её. Всё равно только под ногами будет путаться.
Логан удивлённо вскинула брови. Это как вообще понимать?! А Дин ехидно поиграл бровями.
Что ж, — прикусила кончик языка девушка. — Один — один.
— Отлично, — Джонатан обнял девушку за талию. — Тогда мы покинем вас, господа.
***
Чакки уперлась копчиком в стол, скрестив ноги и исподлобья наблюдая за мужчиной. Он скинул на стул белый халат, оставшись в такой же белоснежной рубашке и чёрных брюках. В его кабинете оказалась кофеварка, и теперь «мистер Джон» под пристальным взглядом делал капучино.
— И что же столь юную леди побудило стать психиатром? — стально-голубые глаза стрельнули в сторону откровенно скучающей Чакки. Та попыталась натянуто улыбнуться, но поняв, что это гиблое дело, безразлично повела плечами, мол, хрен его знает.
— А вы я смотрю не из болтливых.
— Была бы компания нормальная, — ехидно процедила девушка.
— Фу, какая грубиянка, — деланно обиделся мужчина, но в ту же секунду лукаво улыбнулся, протягивая Логан стакан с дымящимся кофе. Чакки спешно выхватила его из рук мужчины, стараясь не соприкасаться с ним пальцами. Всё же она решительно не знала, как с ним общаться. То ли подыгрывать, то ли посылать на все четыре стороны. Поэтому пока заняла позицию игнорирования. Может быть, хоть так перестанет клинья подбивать?
Хотя, что с него взять? Мужчина — это всё объясняет.
— А вы я посмотрю — феминистка, — причмокнув губами, протянул Джон, садясь на край стола. Чакки изогнула левую бровь, скорчив рожицу.
— Что так похожа?
— Или лесбиянка.
— Сплюнь, — фыркнула Чакки, поёжившись. — Никогда не понимала однополых отношений.
— Что ж вас тогда так раздражает, что вы упорно меня отталкиваете? — Чакки покосилась на мужчину, что неотрывно наблюдал за тем, как она пьёт кофе. Теперь его голос не звучал приторно-слащаво. Он огрубел. Но не потерял своей игривости. Хотя, может быть, он сам по себе такой? Видит мир в цвете спектаклей и постановок? Живят бок обок с психами трудно не стать таким же.
Чакки повела плечом, негодуя от того, что нельзя скинуть пиджак и размять кости.
— А вы не думали, что мне просто противно от того, что вы воспринимаете меня как шлюху на одну ночь?
Джонатан отставил чашку, склонил голову набок, изучая девушку пристальным взглядом. Кажется, она его чем-то зацепила. Или же это просто очередная игра?
