Я смотрю на него и машинально улыбаюсь. Киллиан Джонсон вырядился защитником бедных — Робином Гудом. Ему так подошёл костюмчик, он его ещё больше стройнит, он как кипарис. Моя голова на его груди, где сильно бьется сердце: бам-бам-бам-бам…
Этот медленный танец только наш. Только наш. Пусть кругом полно народу, но мы где-то в другой вселенной. И это классно.
— Киллиан, — он взглянул на меня, — спасибо.
И вот снова эта улыбка.
— За что? — в недоумении вожатый.
— Благодаря тебе моя жизнь изменилась. Я изменилась.
Парень довольно хмыкнул.
— Ты тоже помогла мне. Избавила от этой ноши… Послезавтра расскажу все мистеру и миссис Донован, но… — брюнет запнулся. — Я не уверен, что это правильно.
— Ребекка может и хотела скрыть свой секрет, но не ты. Нельзя все так оставлять и бежать. Надо смотреть страху в глаза, Киллиан. И… если хочешь, я могу пойти с тобой?
— Нет, я должен разобраться с этим сам.
Я лишь кивнула. Разговор был завершён. Мы продолжаем медленно двигаться под музыку, наслаждаясь компанией друг друга. За все это время, впервые! Впервые! Чувствую себя свободной. Свободной от проблем, боли и страхов. Будто тяжёлые цепи на моей шее пали, свобода. Холодный ветер щекочет мой нос, а также убаюкивает. Луна спряталась за деревьями, и теперь лагерь освещают лишь красные фонари. Атмосфера замечательная… Прикрываю веки, чтобы погрузиться в рай полностью, но тут…
— Привет, — произносит сухой женский голос, и мы с парнем одновременно оглядываемся, перестав танцевать, — помешала?
Девушка выглядела очень разбитой. И хоть она была в карнавальном костюме, хорошим настроением и не пахло.
— Нет, конечно, — улыбнулась я.
Миа явно нервничает, поскольку все время играется с цепочкой на шее. Перевожу взгляд на Киллиана. Пусть и не показывает, но я точно знаю, что вожатый любит её и скучает. Нужно, чтобы они помирились.
— Я это… хотела с тобой поговорить, — на удивление рыжая обращается ко мне.
Мои брови подскочили.
— Слушаю.
— Спасибо за сегодняшнее, — девушка украдкой взглянула на Кила, затем снова на меня, — я подумаю над твоими словами… — видя мою восторженную улыбку на лице, Миа добавляет: — но это не значит, что мы друзья!
— Ладно, — киваю я.
Рыжая ещё раз кинула на нас взгляд, а затем молча растворилась в толпе подростков. И все же, у меня хорошее предчувствие. Заговорила — уже хорошо. Довольно хмыкаю.
Мы вновь принялись танцевать.
— Как ты это сделала? — удивился Киллиан.
Я смеюсь.
— Чтобы тебе понять, надо было родиться девочкой.
Вожатый поддержал мой смех и осмотрелся. Да, мы счастливы.
— Знаешь, я думаю, не все потеряно, — сказал тот, выдохнув.
— Все только-только начинается…
Наши взгляды встретились и мы громко засмеялись.
Да, за каждым концом, следует начало.
Все только-только начинается.
====== Эпилог. ======
Я выхожу из кабинета химии и быстрыми шагами мчусь по коридору. Закончился последний урок, теперь можно расслабиться и вдохнуть полной грудью. В помещении витает запах моющего средства, которым наша уборщица моет полы, предупреждая ходить медленно, чтобы «не надрать задницы». Но её слова пролетают мимо меня каждый божий день.
Заворачиваю за угол. Шаг за шагом ближе к свободе… От этой мысли на лице застывает расплывчатая улыбка. Много чего произошло, я научилась улыбаться по пустякам. Оказывается, это приятно.
— Кит! — окликнул кто-то моё имя, — Кит!
Поворачиваю голову в левую сторону, не переставая идти, и застою перед собой кареглазого брюнета. Его волосы коротко пострижены и уложены вверх. За это время парень вытянулся, и кажется, занялся спортом, ибо появилась мускулатура. Неплохо…
Я улыбнулась шире, все ещё быстро направляясь к гардеробной. Гм, а он не отстаёт, продолжает идти на ровне.
— Алекс! Рада тебя видеть, — киваю я, — ты снова прогулял школу.
Кое-что всё-таки не меняется. Его уголок рта дрогнул в ухмылке, а глаза устремились по сторонам.
— Хорошо выглядишь, — пропустил мимо ушей мою реплику тот, — как дела?
Мы наконец доходим до гардеробной. Смотрю в окно: на улице сухо, но небо затянуто дождевыми облаками. Надо бы поторопиться… Надеваю чёрное пальто, затем завязываю шарф вокруг шеи, украдкой смотря на Хариса. Тот, в свою очередь, застёгивает курточку. Гляжу на него и ощущаю странное чувство: ни то щекотку, ни то печаль. Не ясно.
— Хорошо, а чего это ты вдруг интересуешься? — закидываю через плечо рюкзак.
Дождавшись, пока Ал наденет серую шапку на голову, мы вышли из гардеробной и направились к выходу из школы. Я не видела Алекса на учебе со своего возвращения из лагеря, а прошло уже двенадцать дней. И вдруг, неожиданно он появляется. К добру ли? Сейчас и узнаем.
— Просто ты за каникулы ни разу не ответила на мои звонки. Я переживал, — отвечает тот, смущаясь.
Господи, как мило. Я выхожу во двор и сразу ощущаю ледяное дыхание ветра. Зима на подходе. Деревья голые, одинокие, небо насылает грусть и печаль. Нет уж, зима явно не моё любимое время года… Хотя, классная атмосфера для горячего чая и книг.
