– Разве это хорошо? Не стоило ей разрешать переезжать к маме. Мы совсем о ней позабыли, Гас!
Папа выдохнул.
– Хорошо, давай завтра всей семьей наведаемся к твоей матери? Как раз завтра пятница, и Кит будет свободна.
От этой идеи мамины глаза загорелись ярким пламенем, и она ещё сильнее обняла отца.
– Отличная идея, но Кит завтра должна присмотреть за котами мисс Крисберг. Женщина будет целый день в больнице, а затем едет на кладбище к мужу вместе с какой-то родственницей… и может приедет поздно. Кит весь вечер занята.
Да, я занята… Всегда…
Я подоспела в школу, когда уже прозвенел звонок, и это объясняет пустующие коридоры, залы и прекрасную тишину. Обычно на переменах приходится громко орать или общаться языком жестов, чтобы собеседник смог хоть что-то понять. Привыкнуть к новой школе сложно, хотя это было ожидаемо; я знала, что с трудом заведу новое знакомство, с трудом привыкну к новой обстановке, предметам. И ничего удивительного. Когда тебя обзывают и указывают на недостатки, хочешь не хочешь, но придётся быть затворницей. До Алекса у меня не было лучших друзей. Хотя нет, вру, были. Эти друзья пахли божественно (не подумайте, я не извращенка), эти друзья всегда открывали для меня что-то новое, они могли дать нужный совет. Эти друзья – книги, и пусть мне докажут, что книги – плохие товарищи. Я дам в лоб такому человеку.
Открыв свой шкафчик, в котором хранятся все мои учебники, ручки, сменная обувь и даже фотография родителей, я торопливо ухватилась за нужные принадлежности, а затем захлопнув бежевую дверцу, поплелась в нужное крыло школы.
– Простите за опоздание, мистер Кертис, я честно больше так не буду и… – забежав в класс начала было оправдываться я, но увиденное моими глазами лишило дара речи, и кажется я забыла как дышать. За учительским столом сидит мой одноклассник; остальные ученики собрались вокруг парты Сары и дарят ей подарки, негромко скандируя «с днём рождения». Однако их идиллию прервала неуклюжая любительница позоров, то есть я. Все пялятся в мою сторону, сдерживая смешок, но в тот момент лишь мне хотелось рыдать и провалиться со стыда сквозь землю. О, если бы провалился пол на первый этаж, а затем под землю прямо в кипящую магму. Я хлопаю сонными глазёнками и пытаюсь хоть что-то вымолвить, пока эта стая ящериц меня не разорвала на мелкие кусочки. Невольно взглянула на виновницу торжества. Сара, скривив брезгливую гримасу, осматривает меня с ног до головы, сканируя мой неважный внешний вид. Она любила это делать. Девяносто процентов её речи состоит из «…ты видела, что она на себя напялила?», и более чем уверена, я буду следующей жертвой её сплетен. А что такого? Может мои джинсы не гармонируют с браслетом? А кому это вообще интересно, кроме неё, естественно?
Наконец, поправив очки на носу (признак неуверенности), затем прядь волос за ухо, я встрепенулась и натянула неловкую улыбку.
– А где мистер Кертис? – голос был таким тоненьким, как канат, который вот-вот порвётся. Я уже думала, что вновь опозорюсь, но тут меня спасла Рокси.
– Он приболел, а замены нет. Круто, да? – улыбается во все зубы она.
При других обстоятельствах было бы сверх круто, но сейчас, когда у той, которая меня раздражает, день рождение… Лучше был бы тест! Тем более с историей у меня хорошие отношения. Все вновь устремили своё внимание на Сару, и тогда я смогла пройти за свою пустующую парту. Первое что заметила, помимо отсутствия учителя истории, отсутствие Алекса Харриса. Он же так хотел угодить Бейкер своим подарком. Что-то случилось? Он заболел? Вмиг мое тело покрылось гусиной кожей. Я почувствовала такое одиночество: в собственном классе чужачка. Все они – мне никто, просто мимо проходящие люди. Алекс не просто мой лучший друг, он мой единственный и неповторимый лучший друг. С Рокси мы конечно общаемся, но не так близко, как было в начальных классах. И вот сейчас, смотря на всех этих тинейджеров, я удостоверилась в правоте слов Кэрри: «И в шумной компании мы все одиноки по-своему…»; сестра сказала так потому, что её в тот вечер кинул парень. Да уж, лучше об этом позабыть.
– Рокси… – склонившись над своей партой, дёргаю рукой я плечо черноволосой девушки, она разворачивается, – ты не видела Алекса?
Её взгляд был туманным, видимо она вспоминала. Рокси поправила свою розовую жилетку и почесала густую бровь. Я все ещё жду долгожданного ответа.
– Он не приходил, – отвечает девушка, а потом с паузой добавляет, – вроде бы…
И тут мне не понятны свои чувства: я рада или нет? Разве что думать логически, если Ал не пришёл, значит пропустит вечеринку Сары и не подарит ей браслет. Стоп. Не пришёл на учебу, но может пойти на день рождение; а если и не пойдёт, то все равно, рано или поздно, вручит подарок. Замкнутый круг, который все сужается и сужается, лишая меня радости. Интересно, кого ещё пригласила на вечеринку Сара Бейкер?
– Рокси, а ты идёшь на день рождение?
Подруга повернулась ко мне на девяносто градусов и поджала губы. Она словно не хотела отвечать на мой вопрос и всячески старалась это показать.
