Тем временем, заканчивая разговор с моим отцом, моя мать обратила взор на яму, поверх которой витал образ, в котором она узнала рыцаря Рено, имевшего хорошую репутацию среди близких. После обеда того самого дня (как я уже сказал, это было воскресенье), этот Рено был предательски убит в Бове теми самыми приближёнными. В том образе он стоял на коленях со склонённой шеей, раздувая огонь в кучке углей. Это видение случилось ранним утром, тогда как он погиб в полдень, обречённый пасть в то пламя, которое сам разжёг. В том же самом образе она увидела моего брата, пытавшегося помочь, но вскоре тоже умершего. Он принёс ужасную клятву священными кровью и телом Господними. Очевидно, что этой ложной клятвой и упоминанием всуе имени Господа и его святых таинств он заслужил как само наказание, так и место этого наказания.
В этом видении она также узрела ту старую женщину, с которой, как я рассказывал, она жила в начале своего обращения, женщину, демонстративно умерщвлявшую свою плоть и носившую кресты напоказ, но это, как было сказано, недостаточно защищало её от суетного тщеславия. Она видела ту женщину в облике тени, уносимой двумя угольно-чёрными духами. Более того, пока та женщина была жива, и они жили вместе, то, разговаривая о положении душ и о наступлении смерти, однажды дали друг другу обоюдное согласие, что та, которая умрёт первой, даст Бог, явится живой и расскажет о хорошем или плохом состоянии своей души. Они подтвердили согласие молитвой, настоятельно умоляя Бога, чтобы после смерти одной из них другой было бы позволено посредством некоего видения узнать о её счастливом или несчастливом положении. Старая женщина, находясь при смерти, узрела себя в видении лишённой тела и идущей с подобными ей к некоему храму, и ей казалось, что она шла, взвалив на свои плечи крест. Когда она вместе с другими подошла к храму, её заставили остаться снаружи, затворив двери перед нею. Наконец, после смерти она явилась как-то ещё раз, объятая жутким зловонием, чтобы выразить благодарность за принесённые молитвы, которыми она была спасена от гниения и страдания. Умирая, старая женщина увидела у изножия своей кровати жуткого демона со страшными глазами чудовищного размера. Она заклинала его святыми таинствами смятенно сгинуть и ничего не требовать от неё и тем страшным заклинанием обратила его в бегство.
Моя мать сделала вывод о причинах плача ребёнка, о существовании которого она была осведомлена, на основании точного соответствия видения известным ей фактам и предвестия надвигающегося убийства рыцаря, которого она узрела непосредственно на месте будущего преступления. Не сомневаясь в истинности увиденного, она целиком посвятила себя помощи моему отцу. Противопоставляя подобное подобному, она решила усыновить младенца нескольких месяцев от роду, лишившегося родителей. Но так как добрые намерения ненавистны дьяволу так же как благочестивые поступки, то ребёнок стал донимать мою мать и всех её служанок безумными воплями и плачем по ночам, хотя днём он совершенно спокойно играл и спал, из-за чего в той маленькой комнатке никто не мог даже вздремнуть. Я слышал от наёмных нянек, что она ночь за ночью безостановочно трясла погремушкой, настолько капризным было дитя, но не по своей вине, а из-за поселившегося внутри него дьявола, и что все ухищрения женщины не могли изгнать его. Добрая женщина была чрезвычайно измучена, и ничто среди тех истошных криков не могло облегчить её боль, никакой сон не шёл в её утомлённую и изнурённую голову, поскольку истерика ребёнка шла изнутри, и присутствие Врага вызывало непрекращающееся беспокойство. Несмотря на бессонные ночи, она никогда не выказывала безразличие к ночным службам. Она знала, что эти страдания должны искупить те прегрешения её мужа, поскольку она действительно считала, что, разделяя со страдальцем его мучения, она уменьшает боль того страдальца. И всё же она никогда не прогоняла ребёнка из своего дома, никогда не проявляла меньше заботы о нём. Нет, чем отчётливее она чувствовала, как яростно распаляется Дьявол, стремясь расстроить её замысел, тем спокойнее она сносила его козни, и чем больше ей приходилось терпеть дьявольский пыл, выражавшийся в раздражительности младенца, тем больше она была уверена, что таким образом противостоит злому влиянию на душу её мужа.
О Господи Боже, множество знамений Ты явил Твоей служанке и моему наставнику, которого Ты специально поставил надо мной. Некоторые из них, которые можно было бы считать моим хвастовством, если бы я написал о них, демонстрировали ту добрую надежду, которую я ожидаю даже сейчас, у ног Твоей всемилостивейшей Матери, которой я был предназначен с рождения; и некоторые из них, о сладчайший Иисус, явленные им, когда я ещё был ребёнком, я непостижимым образом переживаю сейчас, в зрелом возрасте.
