— Ягода. И сильный пищевой краситель. Боюсь, в ближайшее время вы не сможете покинуть свою комнату…
Я была вне себя, когда, отмокая в ванной осознала, что синюшность так и не сходит с моей кожи. И чем больше я терла, тем сильнее этот краситель впитывался в мои руки, шею и лицо.
Вот вам и «разорвала порочный круг издевательств». Видя, что Николь дает слабину, кто-то решил, что им за подобную насмешку ничего не будет! Кажется, промолчать тогда в столовой было не лучшей идеей. Теперь мне четко виделась картина, отображавшая историю Николь во всех красках.
Наверняка, ее так же задирали, когда положение ее семьи при дворе значительно ухудшилось. И вместо того, чтобы быть девочкой для битья, Николь сама решила стать обидчицей. Работала на опережение, так сказать. И вот, как только я решила постепенно угомонить норов местной стервы, все обиженные ею решили дать сдачи.
Однако, это явно была не Ангела или Шиа. Только если они, по моему примеру, перекрасили свои волосы или подговорили кого-то из сторонних девиц сделать это. Но если аристократки хотят играть по таким правилам, что ж, хорошо.
Я резко поднялась и, закутавшись в одно полотенце, вышла из будуара. Я снова посмотрела на свои посиневшие ладони, а затем собрала магию на кончиках пальцев. Николь была изменяющей состояния? Ладно, попробуем!
— Чем это ты тут занима… — вошла в мои покои Одри, но остановилась на полуслове, изумленно оглядывая мою белую чистую кожу.
— Но как? Ты что, занималась магией преобразований на своем теле? С ума сошла или оглохла, когда я говорила, что это незаконно?! Сюда сейчас же набежит стража, они быстро засекают подобное! Что же делать?! Скорее, лезь в окно!
— Это, конечно, очень лестно, что ты решила помочь мне уклониться от закона, но в этом нет нужды. Никто не придет. Эта ягода, она ведь дает пигмент, инородный для тела. Его можно изменить, ведь так? Например, сделать бесцветным.
— Дак что же, краска все еще на тебе? Просто ее не видно?
Я кивнула.
— А ты хороша.
Мне показалось, или в голосе матери-настоятельницы прозвучали нотки уважения? Так — то! Знай наших! Но теперь мне предстояло сделать кое-что еще…
— Одри, завтра ты отправишься в банк, и снимешь для меня так много денег, как только сможешь. А также сделаешь мне выписку всех счетов.
— Для чего?
— Настало время кое-что кардинально поменять.
Если эти придворные клуши хотят стерву — они ее получат! Да еще и такого размаха, какого прежде от леди Николь не видели!
Я не успела даже заметить, как начался осенний сезон дождей и гроз. А я гоняла бедную Одри по своим делам в город.
Все началось с того, что я написала ей сопроводительное письмо, для банковского служащего, дающее ей право открыть ячейку лорда Болина Килли и снять оттуда полагающуюся Николь сумму. Вместе с этим я вручила ей зачарованное фамильное кольцо, позволяющее понять, что она имеет мое полное согласие на эти действия.
— Ты же понимаешь, что я буду обязана сообщить об этом твоему кузену? Это часть моей работы, — скептично заметила Одри.
— Конечно, только сделай это после того, как передашь мне деньги, — сказала я, расчесывая свои волосы.
Мать-настоятельница хмыкнула, понимая, что, когда дело свершиться, Болин уже не сможет ничего изменить, и уголки ее губ едва заметно поползли вверх. Надо сказать, мы с ней прекрасно спелись. К моему счастью она и Аделаида были теми немногими, кто желал Николь Килли добра.
Пожалуй, Матиас и учителя, в особенности профессор Дегарр, не имели ничего против меня тоже. Но вот остальные…
Хотя, надо заметить, в последнее время мне жилось намного легче, а дышалось свободнее.
А все потому, что в замке стало невероятно тихо. Многие лекции и занятия, проводимые на улице, отменились из-за непогоды. Балов и приемов тоже на этот сезон не было назначено, и многие придворные дамы и господа отправились пережидать буйство природы в своих родовых поместьях.
Но, оказалось, не всем по душе тихое и мирное существование во дворце.
— Сегодня я отправлюсь в город к ювелиру, как ты и просила, — сказала мне однажды Одри, надевая дорожное платье и высокий чепец с вуалью, чтобы не замочить свои волосы, — подберу лучшие камни для герцогини.
Да, наследство Николь оказалось даже больше, чем я предполагала. А потому и те двадцать процентов, причитавшихся мне ежегодно, составили довольно крупную сумму.
Я благоразумно поделила ее, спрятав половину на черный день. Этих денег вполне хватило бы на то, чтобы прикупить маленькую хибару где-то в глуши. Вот только была одна незадача: никаких сделок с недвижимостью от своего имени я заключать не могла, пока где-то за моей спиной маячил Болин Килли. Поэтому, сию затею пришлось отложить до лучших времен.
