- Слышишь, ответственная ты наша, - взъярился Игорь, хватая меня рукой за шею как кутенка. – Гони деньги. Иначе тебе не поздоровится.
Он стал трепать меня, больно сдавливая пальцами шею. Попытки оттолкнуть его не принесли успеха. Игорь был сильнее.
- Отпусти, пожалуйста, - запищала я.
- А ну, отпусти ее! – раздался громкий окрик. – У-у-у, зашибу сейчас! – на Игоря несся Михаил Антонович, держа лопату наперевес.
Как ни странно, Игорь отошел в сторону и ухмыльнулся:
- Что, защитничка себе нашла? На старперов потянуло?
- Ты о чем, Игорь? – я вытаращила глаза от удивления. Это же надо до такого додуматься.
- А я видел, как вы вчера обжимались! Просто не стал портить вашу идиллию!
- Старпер не старпер, - Антоныч шагнул вперед, задвигая меня за спину. – А наваляю тебе сейчас по самые помидоры. – Он замахнулся лопатой на Игоря.
- Все, дед, не быкуй, - Игорь попятился, выставив ладони. – Ухожу, я ухожу! А тебе я еще отомщу, - он злобно посмотрел на меня. – Ты еще пожалеешь, что бабло зажала. А я…Я не пропаду, выкручусь как-нибудь.
Он развернулся и, размахивая руками, пошел прочь. По пути, завидев тачку с инструментом, опрокинул ее, громогласно выругавшись.
- Все в порядке? – Антоныч с беспокойством посмотрел на меня.
Я кивнула, едва сдерживая слезы.
- Не полезет к вам больше крысюк. Побоится. Я таких в жизни столько повидал. Только с женщинами и могут бороться, а как отпор получают – так лужу прудят.
- Спасибо вам, - сердечно поблагодарила старика.
- Не благодарите, Катенька. Я ж теперь как никак за вас в ответе.
- Я на работу побегу, а то опаздываю уже.
- Беги, девочка, беги, - едва слышно сказал Антоныч вслед.
Прошел месяц. Мой знакомец так и не объявился. Гадкое чувство, что меня использовали, все чаще преследовало меня. Иногда накатывало так, что хотелось плакать от жалости к себе. Я вообще стала какая-то чувствительная. Любое слово могло вывести из себя и вызвать слезы. Наверное, это все последствия того, как сильно я обманулась в своих ожиданиях.
Даже Михаил Антонович заметил, что со мной не все в порядке. Он купил дешевый кнопочный телефон и попросил меня оформить сим-карту и теперь звонил каждый вечер, спрашивал во сколько я возвращаюсь домой. Частенько он встречал меня у самой маршрутки и провожал до подъезда. Я не понимала, зачем он это делает, пока он не признался, что несколько раз нагонял Игоря со двора. Даже однажды пришлось пригрозить участковым.
Бывало, мы вместе пили чай или у него в каморке, или у меня, вприкуску вареньем и душевными разговорами. Старик рассказывал всякие байки о своей жизни, расспрашивал о том, как у меня дела, как прошел день. Общаться с ним было легко и спокойно. Будто бы вдруг у меня из ниоткуда появился родной дедушка.
Ковалева была довольна его работой. Несколько раз она лично его инспектировала, пытаясь поймать на какой-нибудь оплошности, но Антоныч знал свое дело. Он даже поделился с ней своими планами, какими цветами засадит по весне клумбы. А Вера Ивановна решила не говорить, что в обязанности дворника это не входит.
Каково же было мое удивление, когда Вера Ивановна пришла на день рождения Антоныча в его каморку с коробкой из кондитерской, перевязанной алой ленточкой. Я думала, что мы отметим его день рождения вдвоем, наготовила салатов, запекла курицу. Но, когда мы уже сидели за столом, в окошко кто-то постучал, а потом распахнулась дверь, и на пороге появилась Вера Ивановна в черном пальто, припорошенном снегом. В этот момент я жевала и чуть не подавилась куском курицы.
Вера Ивановна изменилась в лице, она замешкалась и отворила дверь, чтобы сбежать.
- Проходите, что вы холод запускаете?
Антоныч поднялся с табурета, подошел к гостье и помог снять пальто.
- Я пригласил еще и Веру Ивановну, - сказал он мне, словно извиняясь, что позвал кого-то еще кроме меня.
- Я не хожу на дни рождения к сотрудникам. У нас просто в этом месяце акция такая, - сказала она строгим тоном. – Вот тортик, - она поставила коробку на стол, а я обратила внимание на яркую помаду на тонких губах женщины.
Ковалева обычно предпочитала приглушенные оттенки, но сегодня она была не похожа сама на себя. Черное длинное пальто с роскошным меховым воротником. Черная же шляпка с вуалеткой. Будто она шла на званый ужин и собиралась всех впечатлить своим видом.
- Можно поцеловать эти прекрасные ручки, что донесли этот чудесный торт? – галантно произнес Михаил Антонович.
- А говорили, что не пьете! – буркнула Вера Ивановна.
- Если я и пьян сейчас, то от вашей несравненной красоты.
Я хихикнула, а Вера Ивановна возмущенно фыркнула:
- Глупости какие! – щеки ее тут же зарделись.
- Присаживайтесь к столу, - он отодвинул для Веры Ивановны табурет, а сам полез в буфет за тарелкой и столовыми приборами.
Сначала Вере Ивановне было неловко, но потом обстановка разрядилась. Мы очень хорошо посидели, а когда я собралась уходить и поднялась с табурета, то пошатнулась.
- Катенька, что с вами? - Антоныч подскочил со своего места, готовый подхватить меня.
- Ничего страшного, все хорошо, просто резко встала, вот и голова закружилась.
