О науках и знании полностью

Когда в середине второго тысячелетия в Европе возник интерес к науке как таковой, она начала практически развиваться по двум направлениям. Во-первых, большинство наук стремились получить международный статус и включать достижения любой национальной школы. Поэтому в средние века ученые из разных стран писали и вели дискуссии на латыни, а в наше время та же тенденция благоволит английскому языку. Во-вторых, науки превратились в почетный вид реализации устремлений умных и грамотных людей. Выдающиеся ученые сменили на пьедестале почета героев военных дел и спортивных достижений. Для продвижения своих планов ученые стали получать финансирование из казны. Поколения новых ученых воспитывались через школы и университеты, возникавшие специально для поддержки науки. Первые университеты появились в начале второго тысячелетия (Болонский университет был учрежден в 1088 г.), но как массовое явления они стали учреждаться в европейских странах с середины второго тысячелетия, в период Возрождения. Появилась специальная научная литература в виде журналов и книг. Достижения науки в адаптированном виде проникли в школьные программы, где они составили костяк основных изучаемых предметов. Ни у кого не вызывает сомнений и тот факт, что, начиная с этого времени, наука целиком преобразила человеческое существование, и что наше благополучие напрямую зависит от научных успехов.

Появилась также специальная наука о том, как должно быть построены научные изыскания и каким образом следует их проводить. Эта отрасль науки называется теорией познания или гносеологией. Она входит в корпус философских наук, но одновременно может рассматриваться и как основная дисциплина для развития любой познавательной области знаний. Именно ей посвящено настоящее исследование.

Центральным концептом этой главы станет понятие парадигмы. Заголовок главы может быть перефразирован следующим образом: «Что должна включать парадигма любой науки?». Общее понятие научной парадигмы ввел в обиход Томас Кун в книге «Структура научных революций»[3]. По его мнению, каждое научное направление должно разработать собственную парадигму, чтобы можно было понять, чем оно занимается, на какие методы ориентируется и как реализует результаты исследований. Только в этом случае члены разных научных коллективов смогут работать в унисон и добиваться эффективных результатов, которые затем внедряются в практику и в программы подготовки будущих специалистов данной отрасли знаний. Если в дальнейшем будет доказано, что принятая парадигма не соответствует вновь открывшимся фактам, она может быть дополнена или полностью пересмотрена. В качестве примера Кун приводит пересмотр геоцентрической модели солнечной системы Птолемея на гелиоцентрическую модель Коперника. Процесс пересмотра зачастую оказывается длительным и болезненным – автор называет его научной революцией.

После длительных и иногда напряженных дискуссий концепт научной парадигмы был принят большинством научных сообществ. Я причисляю себя к последователям Томаса Куна и также принимаю данный концепт за основу своих рассуждений. Более того, я наполняю его детальным содержанием, чего Кун в свое время не сделал. Вот как это выглядит на следующей схеме:

Состав парадигмы «зрелой» науки

Мне представляется, что любая зрелая наука должна иметь восемь слагаемых – на схеме они включены в круг. Она опирается на философское обоснование науки: зачем она нужна, как сочетается со смежными направлениями, каковы её предстоящие близкие и дальние перспективы.

Ученые должны четко представлять (себе и другим) – предмет изучения и применяемые при этом методы и подходы. Насколько возможно, методы изучения должны предваряться априорными аксиомами – как в евклидовой геометрии. Таковое доступно только для «точных наук»; но там, где возможно, следует к этому стремиться[4]. А там, где это недоступно, аксиоматика заменяется пропедевтикой (см. главу 9).

Любая развитая наука обладает своей таксономией и классификациями; этим она отличается от всех прочих наук (о различии таксономий и классификаций я буду писать отдельно). То же касается принятых в науке терминов, то есть наименований отдельных предметов, понятий и концептов – эти три слагаемых собираются в терминологическом словаре науки. Разъяснение всех этих вещей производится в метаязыке науки; обычно он имеет вербальное оформление и перечисляет все объекты исследования, равно как и их расположение, иерархию и правила обработки средствами данной науки. Наконец, должны быть разъяснены приемы верификации достигнутых результатов – их проверка как в процессе исследования, так и потом, в процессе внедрения полученных новаций в повседневную практику.