I. Учение о Мире человеческом есть вторая форма в Учении о познаваемом и с тем вместе последняя, которою завершается Понимание.
Что следует разуметь под Миром человеческим в отличие от Космоса, о котором говорилось до сих пор?
Как и Космос, Мир человеческий есть продолжение того же бытия, которое расследуется в первой части Учения о познаваемом. Во всем, что составляет его, мы находим те же стороны бытия, соответствующие схемам разума, которые находим и в каждой вещи, принадлежащей к физическому миру. Государство или искусство, так же как минерал или организм, имеет свою форму существования, свою природу, свойства, происхождение, цель, сходство и различие и количественную сторону. Таким образом, то, что познается в вещах Мира человеческого, есть то же, что познается в вещах мира физического. Но то, в чем познается это, уже не похоже на Космос.
В центре Мира человеческого находится новый источник бытия, чуждый миру физическому и которому чужд мир физический. Этот новый источник – человеческий Дух. Правда, он окружен Космосом, он погружен в материю. Но тот мир, который исходит из него, столь же сложен и разнообразен, как сам Космос, и, быть может, не менее велик и прекрасен, чем он. И этот исходящий мир столь же не похож на мир физический, также глубоко своеобразен и самобытен, как его источник, погруженный в материю, не схож с этою матернею.
В этом мире есть свои вещи – государства, религии, искусства, науки – и они не имеют с вещами физического мира другого сходства, кроме того, что существуют, как и они, и в тех же сторонах бытия; в нем есть свои силы, движущие эти вещи, – возвышающие, поддерживающие и разлагающие, напр., государства, – и они не имеют другого сходства с физическими силами кроме того, что действуют, как и они; в нем есть свои законы, но это уже не законы механического соотношения.
Потому-то и невозможно среди других существ, лежащих в Космосе, рассматривать и дух человеческий как одно из них, потому-то и необходимо признать рядом с Космосом существование второго мира, что тогда как в Космосе все есть сотворенное, из которого уже ничего не исходит, – дух человеческий есть творящее, из которого исходит мир новых и новых разнообразных вещей, которые живут, движутся и подчиняются новым, до акта творчества не бывшим, законам и силам. Возьмем ли мы в мире вещественном небесные тела, или минералы, или организмы, – мы видим в них последние звенья предшествовавшего творческого акта, которые сами уже лишены творческой силы. Камень, разбившись, может разделиться надвое; но эти две части уже были в нем; растение, умирая, может воспроизвести другое растение, – но это другое только воспроизводит первое и ничего нового не вносит с собою в мир. Словом, в мире физическом, сколько бы мы ни искали, мы не найдем ничего такого, что служило бы творческим источником новых, на него не похожих вещей, в которых действовали бы силы и законы им одним, этим новым сотворенным вещам, присущие. И в этом резкое и глубокое различие вещей мира физического от духа. Дух есть творческий источник политических форм, и эти политические формы разнообразятся, живут и умирают, повинуясь своим законам, и в них мы наблюдаем действие своеобразных сил; он творит формы прекрасного, и являются искусства, которые мы классифицируем и изучаем как самостоятельные существа, как организмы или минералы в физическом мире; из него истекают идеи, и мы познаем процессы их происхождения, их свойства, их жизнь. Ничего подобного мы не находим в существах материальных. Каждое из них замкнуто в самом себе, единично и ни в чем другом вне себя не пребывает. Его бытие ограничено существованием, природою, свойствами и пр., и, познав их, мы познали его; потому что, кроме этих сторон, оно ничего не имеет. Тогда как познав Дух, нам предстоит еще познать творения его, сложнейшие, чем сам он вне творческой своей деятельности.
Итак, под учением о Мире человеческом мы разумеем учение о Духе и том, что исходит из него; а также и о всем, что, не будучи произведением этого Духа, имеет, однако, соотношение с его только деятельностью и вне ее не проявляется. К последнему принадлежат, напр., явления добра и зла: не дух человеческий делает, что одно из творимого им есть зло, а другое – добро, не он придает совершенному это значение; но вне его воли и господствуя над всем, что происходит в мире человеческом, – одно является добром, другое – злом; однако же вне этого мира оно не проявляется. Есть еще другое, что носит на себе тот же характер.
