ЗВЕРЯ в такой ситуации призывать не стоило. Появись он сейчас неожиданно, и понесут кони молодцов за тридевять земель, потом свищи-ищи бойцов, а информация и содействие с их стороны мне нужны незамедлительно. Я пошёл другим путём и обратился к остолбеневшему от моих слов КОМАНДИРУ:
–Сударь, у вас случайно не завалялась серебряная монета достоинством в десять империалов?
Все удивлённо посмотрели на меня и дружно, и от души, рассмеялись.
–Откуда у нас может быть десять империалов!? Зачем так шутить, сударь!? – мрачно произнёс КОМАНДИР.
–Ах, да… – улыбнулся я. – Но вы хоть видели эту самую монету?
–Конечно, видели… И ничего не имеем против того, чтобы такие монеты хоть иногда появлялись в наших карманах и кошельках!
–И кто же на ней изображён?
–Как кто? Конечно же, – наш славный и великий Император, дай Бог ему здоровья, счастья и всяческих успехов в многотрудных делах во славу Отечества!
–Прекрасно, прекрасно… Достаньте, будьте добры, из внутреннего кармана моего камзола кошелёк, в котором должна находиться сия монета. А после этого пусть кто-нибудь подойдёт ко мне.
Моя просьба была быстро исполнена. При этом кошелёк, видимо, на время, переместился в карман КОМАНДИРА. Ко мне осторожно приблизился тот самый молодой бдительный боец, остановился в шаге, держа руку на рукояти меча.
–А теперь, любезный, поднесите монету к своим внимательным глазам и сравните изображённый на ней лик с моим лицом, – я, как положено в таких случаях, повернул голову в профиль, насупился, напрягся, чуть приподнял и вытянул подбородок, выпучил глаза.
Сначала наступило недоумённое и сосредоточенное молчание, которое быстро сменилось удивлёнными возгласами, потом раздался дружный скрип освобождаемых сёдел и звон упряжи, затем, падение тел на песок.
–Ваше Величество, ради Бога, – простите! Как же мы Вас не признали!? Беда, беда!!! Но, как Вы здесь оказались, одни, без охраны и свиты!? Невероятно! Какая честь, какая радость!!!
–Ничего, ничего, – бывает… Я, знаете ли, сам себя порой не узнаю. А вообще, я периодически оказываюсь где-нибудь один. Хобби у меня такое… – весело и покровительственно произнёс я, обходя стоявших на коленях воинов, а потом сурово добавил. – Кошелёк мне верните, а монету разделите по справедливости между собой!
–Конечно, Сир!
–Надеюсь на вашу порядочность, – Сержант Имперской Гвардии! – строго произнёс я, обращаясь к КОМАНДИРУ.
–Что!?
–Что слышали!!!
…!?
–Сир!
–Да…
–Ради Бога, извините, но мне страшно любопытно, куда же всё-таки делся Ваш спутник, ну тот, который плыл рядом с Вами. Кто он такой? – спросил КОМАНДИР.
–А вы догадайтесь… Кто может быть таким здоровым и патлатым? – улыбнулся я.
–Боже, – неужели это могучий и легендарный чёрный АНТР!? – молодой боец, конечно же, догадался первым.
Вояки сразу же заволновались, забеспокоились, заахали, заохали, засуетились, стали лихорадочно оглядываться вокруг, схватились, было, за мечи, а потом, поняв бесполезность своих действий, обмякли и впали в безнадёжный и тяжёлый ступор. Я расхохотался, быстро оделся, прислушался к шуму приближающейся кареты.
–Вставайте, господа! КОМАНДИР, готовьтесь доложить оперативную обстановку, сложившуюся на сегодняшний день! А я пока встречу кое-кого… Быть на море без женщины, знаете ли, – это как пойти в пустыню, не имея при себе фляжки с водой. Или, вернее, не имея фляги или термоса не с простой водой, а со свежим ледяным пивом!
–Извините, Сир, но неужели мы удостоимся великой чести лицезреть самую прекрасную даму Империи? – залившись краской и, чуть не падая в обморок, произнёс молодой боец дрожащим голосом.
–А откуда у вас появилось такое предположение? – строго спросил я.
–Государь, но кого ещё в этом мире может встречать сам Император?! – сказал боец.
–Резонно, вполне резонно, – рассмеялся я. – Молодец! Так держать! Назначаю вас младшим сержантом! Для начала…
–Служу Империи, Сир!
–Эх… – грустно произнёс я. – Вы не представляете, сколько испытаний нам ещё предстоит пережить! Готовьтесь, мой юный друг…
–Уже готов, Сир! Родина или смерть! Победа будет за нами! Враг будет разбит!
–Молодец! Полностью с вами согласен! Ибо… Однако…
А потом я, не торопясь, подошёл к подъехавшей карете, открыл её дверцу, взял в свою руку тонкую и нежную ручку ГРАФИНИ. И чуть не умер от любви! За своей спиной я услышал звук падающего тела. Да, бывает, однако… Эх, молодёжь! Что с них взять!?
–Бедный мальчик, – чуть хрипловато произнесла ГРАФИНЯ и с поволокой во взгляде, изумрудно, миндально и томно посмотрела мне в глаза. – Сгораете ли Вы от любви ко мне, как этот юноша, Сир? Или я Вам не люба в такой же или ещё в большей степени?
У меня вдруг закружилась голова и я… так же потерял сознание.
–Сир, Сир! Ну, – это уже не смешно! – вернул меня к жизни голос ГРАФИНИ, доносившийся, вроде бы, с небес.
–Какой смех!? Я полон печали и восторга, радость моя! – сказал я, глядя в высокое небо. – А ты знаешь, как хорошо иметь любимого человека, да ещё при этом быть им любимым!
–Знаю, мой дорогой. Знаю… – ласково поцеловала меня ГРАФИНЯ. – Пойдём, покушаем. Я очень голодна.
–Ну вот! Я о любви, а ты о чём!?
