–Сир, умоляю Вас, времени подумать и сопоставить у Вас будет вполне достаточно. Перед Вами целая вечность! – ПОЭТ возбуждённо вскочил со стула, опрокинув на палубу бокал с ромом, который расплескался и покатился к борту галеры. – Сир, ради Бога, ну сделайте же что-нибудь! Тьма идёт! Времени осталось очень мало!
–Что же это вы такой нервный, Барон? – усмехнулся я. – Мне казалось, что самое нервное, неуравновешенное и трепетное существо в мире – это я! Ан, нет, ошибся! Раньше у вас психика была покрепче, однако.
–Сир!!!
–Да сядьте вы, успокойтесь! – раздражённо гаркнул я. – Поднимите бокал. Налейте всем по полной. У меня для вас всех имеется очень неплохая новость. Наливайте же!
ПОЭТ дрожащими руками наполнил бокалы до краёв, сел, тревожно и выжидающе посмотрел на меня.
–Предлагаю выпить за ВЕРШИТЕЛЕЙ! За тех, кто определяет судьбу Мироздания! За моих родителей!
–За них, Сир! – весело сказала МАРКИЗА, подходя к столу.
–За ВЕРШИТЕЛЕЙ! – присоединились к нам розовощёкий ШЕВАЛЬЕ.
–За ВЕРШИТЕЛЕЙ!!!
Мы все выпили стоя. Я посмотрел на небо, словно надеясь увидеть где-то в его бездонных глубинах бродяг Марсиан, улыбнулся светло и весело.
–А что касается этой вашей всепоглощающей Тьмы, Барон, так она отступила. Представляете?! Вот, только что, минуту назад. А кроме этого во Вселенной восстановлен необходимый баланс и предотвращён коллапс.
–Что, Сир!? – одновременно воскликнули ПРЕДСЕДАТЕЛЬ, Третий и Седьмой Советники, а вслед за ними, очевидно, все члены Совета славной планеты Глории.
–Что, что… Бессонница, знаете ли… Есть такое противное, мерзкое и странное состояние разума. Думы, мысли, воспоминания, сомнения, сожаления, терзания. Не так я жил, не так любил, не так дружил, делал всё не так! Растрачивал себя на всякую ерунду. Не развивал таланты. Скакал по жизни, как кузнечик. Нервничал и психовал по пустякам. Был излишне горд, самоуверен и самовлюблён. Скольких людей обидел зазря! Сколько любящих и любимых женщин потерял! С чувствами что-то не то происходит и доселе. Сумятица в голове. Идиот! Кретин! Бессонница, одним словом, – я задумчиво и тяжело посмотрел сначала на ГРАФИНЮ, а потом на МАРКИЗУ. – Так мне и надо…
Они также задумчиво и тяжело посмотрели на меня.
–Хотел уже психануть, плюнуть на всё. Думаю, а не податься куда-нибудь подальше, на окраины Вселенной!? А тут вдруг мысль родилась: «А как же я буду жить без Звизгуна, Империума, Мундир-Фиш, квашенной капусты, солёных помидор, огурцов, груздей и сала с чёрным хлебом, если накроет Тьма Землю, а следовательно, и Острова!? А мой любимый и преданный БУЦЕФАЛ!? Нет, не дело это! Так нельзя! Надо что-то предпринять! В срочном порядке! Ночью, пока вы все сладко спали, я активировал два Базовых Генератора, открыл Главный Портал, вышел в Единое Поле и задал программу Сублимации этой самой вашей ужасной «тёмной материи» и Стабилизации «ложного вакуума». В настоящее время процесс окончен. Всё вернулось на круги своя. Пришлось, правда, обесточить и тем самым ликвидировать несколько Квазаров, но не беда… Всё равно толку от них никакого! Вот, собственно, и всё, ничего сложного, особенного такого. «Всё великое – просто!».
Я залпом выпил рюмку рома, в полной тишине прошёлся по палубе и небрежно обратился к ПОЭТУ:
–Дружище, вы готовы внести в анналы одну интересную мысль?
–Э, э, э… – промычал бледный, как мел, и крайне поражённый и потрясённый Советник. – Э, э, э…
–Барон, да сосредоточьтесь же, наконец!
–Э, э, э…
–Сир, я готова! – весело откликнулась ГРАФИНЯ.
–Ах, вы моя прелесть! Так вот… Как-то Гомер высказал следующую гениальную мысль: «Приятны завершённые труды». Я с ним полностью согласен! Вроде бы на данном этапе мы все наши труды успешно завершили. Первый раз за всё время моего пребывания на этих чудесных Островах я испытываю чувство почти полного и глубокого удовлетворения. А знаете, Господа, почему оно не полно и не до конца глубоко!?
–Э, э, э…
–Э, э, э…
–Э, э, э…
–Да что же это такое!? – возмутился я. – Мой вопрос слышали!?
–Почему, Ваше Величество? – вразнобой отозвались мои соратники.
Я усмехнулся, ласково посмотрел на ГРАФИНЮ.
–Лебёдушка моя ненаглядная! Что следует за великими победами в жестоких битвах!?
–Балы, пиры и охота!!! – весело засмеялась девушка и радостно захлопала в ладошки.
–И ещё фейерверки! – улыбнулся я и подхватил её на руки.
КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ.
ПОСЛЕСЛОВИЕ. / Восьмая беседа с Богом/.
Мы сидели в центре великой пустыни под названием Сахара. Пески, барханы, дрожащий и мерцающий воздух, невыносимо синее небо, солнце, испепеляющее этот выхолощенный мир, всё, как положено. На тысячи километров вокруг ни одной живой души. А, может быть, я и ошибаюсь. Вдруг вот сейчас неожиданно выскочит из ниоткуда закутанный в белые одежды всадник на резвом верблюде или на лихом арабском скакуне, издаст воинственный клич, выстрелит в воздух, а может быть и не в воздух, из длинного допотопного ружья, и исчезнет в мерцающем мареве в никуда. То ли видение, то ли реальность, чёрт его знает, что это было бы!
