–С Богом, дружище. Охраняйте ГРАФИНЮ, как зеницу ока! Не бросайте её, что бы не случилось! Сил у вас, слава Господу, хватает! Обещайте мне это. Пусть Вселенная рухнет в тартарары, разорвётся на миллиарды частей, превратится в прах, но на кучке этого праха я хочу непременно увидеть вас и ГРАФИНЮ, – живых, невредимых и здоровых!
–Обещаю, Сир, конечно, обещаю, не беспокойтесь, – засмеялся БАРОН.
–Да, и ещё. Не обижайте ПОЭТА. Присматривайте за ним. На таких людях зиждется душа нашего мира, их очень мало. Пусть спокойно творит. Пусть несёт ахинею и порет всякую чушь. Пусть богохульствует. Хрен с ним! Что с него взять, – вития! Собрать хороший урожай с полей, или подоить коров при соответствующем старании может, в принципе, каждый. Мы эту тему уже обсуждали. Таких людей множество. А вот сотворить что-либо путное в духовном плане, – это для обычного человека задача заведомо невыполнимая. Как не изгаляйся, ничего не получится. Талант надо ценить, лелеять и оберегать. Запомните это, БАРОН! Пока! Надеюсь, скоро увидимся! – я пустил коней вскачь, отдав себя в тёплые объятия ветра.
Проскакав в довольно быстром темпе два-три часа, я пересел на кобылу. БУЦЕФАЛ вёл себя безукоризненно, не выглядел усталым, но я решил поберечь его силы. Теперь мы двигались рысью. ЗВЕРЬ невидимо, но ощутимо, во всяком случае для меня, всё время присутствовал где-то совсем рядом. Вокруг простирались степи и поля, периодически я наблюдал невдалеке различные поселения, фермы. По степи, сопровождаемые пастухами, бродили тучные стада коров и овец. Вдоль дороги, по которой я ехал, часто встречались мелкие стихийные рынки, крупные торговые лавки, трактиры, постоялые дворы. Пару-тройку раз в отдалении на холмах я различал стройные очертания небольших замков.
На дороге происходило довольно оживлённое движение: шли группами и в одиночку люди, скакали всадники, двигались крестьянские и торговые телеги, повозки, иногда мимо проносились лёгкие экипажи. Реже попадались кареты. Воинских отрядов я пока не встречал. Везде вокруг царили покой и умиротворение, каких-либо даже малейших признаков ожидания грядущей войны или хотя бы небольшой тревоги я не заметил. Известия об объявленном мною Чрезвычайном Военном Положении ещё не достигли этих краёв и, соответственно, не были доведены до сведения широких народных масс. Тьфу, тьфу… Возможно оно и не понадобится, дай Бог, дай Бог…
Скоро дорога, пролегающая в некотором отдалении от предгорий и расположенная параллельно им, плавно повернула на север, решительно рассекла сначала низкие, а затем высокие холмы и привела меня прямо к суровому и величественному горному массиву. Я въехал в огромное, длинное, сравнительно широкое ущелье необыкновенной красоты. Вокруг высились скалы, покрытые довольно густой растительностью, которая самым непонятным образом цеплялась за камни и намертво врастала в них. Над ущельем парила лёгкая туманная дымка, сквозь которую сверху пробивались горячие лучи солнца, контрастирующие с холодным и чуть сырым воздухом внизу.
Сбоку от меня, в небольшой низине, бурно и шумно струила свои хрустальные воды узкая, но быстрая река. Она сладострастно целовала суровые, неподвижные камни, слегка покрытые тёмно-зелёным налётом водорослей, и игриво закручивала в водоворотах крупный серый песок и мелкие гладкие голыши. Дышалось легко и свободно. Воздух был пронзительно-чистым, ненавязчиво сдобренным лёгким и почти неуловимым, сладостно-пьянящим ароматом хвои, исходящим от жмущихся к скалам и вросших в них сосен, елей и можжевельника.
Вскоре я оказался на другой стороне горного массива, который отделял Южные Провинции от центральной части Острова. Некоторое время, не снижая заданного темпа движения, я быстро скакал по пустынной дороге, прорезающей разноцветные поля и степи, а потом перешёл на рысь, стал подыскивать место для привала. Неожиданно сзади раздался громкий топот копыт, я услышал крик:
–Сир, подождите, прошу Вас!
Я, встревоженный, оглянулся. Ко мне приближался … ШЕВАЛЬЕ! Лошадь под ним была взмылена. Молодой человек, облачённый в свои лёгкие доспехи, отмытые от крови и до блеска начищенные, к моему удивлению, довольно бодро держался в седле. Я остановил лошадей, дождался всадника, который, приблизившись ко мне, спрыгнул на землю и облегчённо отвесил глубокий поклон.
–Ваше Величество, какое счастье, что я Вас догнал! Надо отдать должное вашим лошадям, темп они, о, извините, вернее, Вы, держали отменный. Мой конь, ещё немного, и пал бы, клянусь!
–Так кто всё-таки держал темп, я, или мои лошади? – с усмешкой произнёс я, а потом нахмурился. – Прошу вас, ШЕВАЛЬЕ, забудьте на время, что я КОРОЛЬ! Я, как вам очевидно известно, осуществляю тайную миссию, нахожусь в состоянии «ИНКОГНИТО», понятно? Называйте впредь меня ПУТНИКОМ, просто и со вкусом! Договорились?
–Конечно, Сир, о, э, э, э … ПУТНИК! Я всё понял!
