Нестерпимо яркий свет предзакатного, низко-висящего над горизонтом солнца, на мгновение ослепил меня. Я услышал резкие щелчки спускаемых арбалетных курков, свист стрел, мгновенно, непроизвольно и независимо от собственного сознания ускорился, резко присел, выставив перед собой щит. Стрелы жёстко и мощно ударили по нему, отдавая свою энергию металлу, дереву и моей руке, но не смогли его пробить.
Я на пару секунд расслабился, но краем глаза уловил какое-то движение с боку. Ретировавшийся недавно из трактира Серный Рыцарь, подняв над головою огромный меч, обрушивался на меня в гигантском молниеносном прыжке. Я снова инстинктивно и мгновенно ускорился. Противник, двигавшийся за секунду до этого сверх быстро, вдруг потерял скорость. Я понял, что суть заключается не в потере им скорости, а в обретении её мною. Мы просто стали двигаться на равных. Но я вдруг осознал, что могу перемещаться ещё намного быстрее. Эта мысль, мгновенно промелькнувшая в голове, сильно согрела и обнадёжила меня, вселила твёрдую уверенность в грядущей победе.
Серый Рыцарь нанёс мощный удар сверху вниз, целясь мне в шею. Я молниеносно перекатился влево через щит, используя его выпуклость, вскочил и в свою очередь нанёс противнику сильный боковой удар ПОСОХОМ. Вопреки моему ожиданию, он не достиг намеченной цели и пришёлся по вовремя подставленному мечу врага. Отдача от их соприкосновения была ужасной. Мою руку пронзила резкая боль, потом она онемела. Противник испытал, видимо, те же самые ощущения, потому что из-под забрала раздался утробный рёв, правая рука рыцаря беспомощно повисла.
ПОСОХ, целый и невредимый, выпал из моей руки, меч противника разлетелся на две половинки в разные стороны. Я отбросил щит, левой рукой неловко, но достаточно быстро, выхватил свой меч. Время, как по щелчку свыше, снова приобрело своё прежнее течение. Серый Рыцарь стоял передо мною, слегка согнувшись и пошатываясь. Его правая рука висела, как плеть, я слышал тяжёлое дыхание из-под забрала. Он видимо ещё не пришёл в себя. Я же восстановился в отличие от него очень быстро, хотя правая рука и оставалась слегка онемевшей.
Рыцарь, по-видимому, то же стал приходить в себя. Он откинул забрало и, словно борец, мощно стоял передо мною, наклонившись, широко расставив руки и ноги. Его светлые, прищуренные глаза внимательно наблюдали за мною. Я снова легко и естественно ускорился, прыгнул и нанёс противнику молниеносный и мощный удар мечём сверху, причём не острием клинка, а плашмя.
Серый Рыцарь, очевидно, то же ускорился, но в этом умении он явно отставал от меня, так как его закованные в металл и поднятые вверх руки не успели сомкнуться над головой, защищая её от моего беспощадного и молниеносного удара. Они, как две половинки разводного моста, слишком медленно сходились друг с другом, и мой меч успел пройти между ними, стремительно и мощно обрушился на шлем противника. Тот упал на землю огромной беспомощной кучей металлолома, а я, мгновенно потеряв скорость движения, обессилено опустился рядом с ним. Во мне снова возникли уже хорошо знакомые ощущения опустошённости, неимоверной слабости и страшной усталости.
Несмотря на своё крайне утомлённое состояние, я не потерял бдительности. Через несколько секунд я сконцентрировался, быстро огляделся вокруг, сделал это очень вовремя. Послышались характерные щелчки курков спускаемых арбалетов и зловещий свист стрел. Снова последовало мгновенное ускорение, независящее от моего сознания, которое явно не поспевало за стремительными ходом событий. На этот раз ускорение было намного более сильным, чем раньше.
Я молниеносно перекатился вперёд и увидел, как десяток коротких тяжёлых стрел дружной, хищной и тесной стаей пролетели над тем местом, где я только что находился. Я, преодолевая жаркий кисель воздуха, вскочил, а потом резко и максимально расслабился. Мир вновь обрёл свою прекрасную, чистую и лёгкую реальность, которую явно портила шеренга воинов, стоявшая от меня в шагах в двенадцати – пятнадцати. Стрелки быстро, умело и сноровисто уже заканчивали перезарядку больших мощных арбалетов. Но что мне их сноровка! После моего очередного и мгновенного ускорения их движения стали замедленными, тягучими. Я молниеносно прыгнул вперёд, затем в бок и вспорол своим славным мечём всю шеренгу врага вдоль и поперёк, как хрупкий лист бумаги. Закончив ускорение, я снова обессилено опустился на землю. Да, – это уже слишком!
Краем глаза я уловил движение сбоку, вновь ускорился, резво вскочил и увидел в десятке шагов от себя… МАГИСТРА. Он, как и прежде, восседал на огромном коне, забрало шлема на этот раз было поднято, являя миру мрачное, тяжёлое, рельефное, серое лицо, покрытое морщинами. Бесцветные, глубоко посаженные глаза выражали целый спектр самых разных чувств: удивление, досаду, недоумение, гнев и усталость. МАГИСТР был один. Он, видимо, исчерпал все свои ресурсы от первого и до последнего воина. Некоторое время мы устало молчали, разглядывая друг друга, потом МАГИСТР с нескрываемым раздражением произнёс:
