<p>Николай Михайлович Карамзин</p><p>О Руской Грамматикѣ Француза Модрю</p>Вотъ любопытный феноменъ! Руская Грамматика, сочиненная Французомъ, напечатанная въ Парижѣ со всею дидотовскою чистотою и красивостію, чтобы заманить Республиканцевъ въ лабиринтъ нашего языка! Гражданинъ Модрю доказываетъ имъ, что они должны учиться ему какъ для выгодъ коммерціи, такъ и для лучшаго знанія самой Французской Грамматики. Монитёръ и Декада прославляютъ ученость сего творенія; первый говоритъ даже, что не многіе изъ Рускихъ знаютъ такъ основательно языкъ свой, какъ знаетъ его Гражданинъ Модрю. Смиряемся въ духѣ передъ Консульскимъ Журналомъ! Словесная ученость Автора въ избыткѣ Греко-Латино-Французскихъ грамматическихъ наименованій, старыхъ и вновь имъ изобрѣтенныхъ, доходитъ въ самомъ дѣлѣ до варварства! Но объясняются ли черезъ то свойство и правила языка? не думаю.
Модрю (какъ намъ сказывали) былъ въ Россіи учителемъ, стряпчимъ, купцомъ, даже Именитымъ Гражданиномъ, даже Гвардіи Капраломъ или Сержантомъ: онъ имѣлъ время и способъ изслѣдовать всѣ глубины и сгибы языка нашего! Будемъ признательны: Г. Модрю хвалитъ его богатство, величество, силу, гармонію; замѣчаетъ въ немъ только нѣкоторую суровость, и, какъ Французъ, какъ вѣрный согражданинъ Президента Монтескьё, приписываетъ ее климату. Изображая выгоды Рускаго языка, онъ находитъ великую въ возможности ставить слова, какъ хочешь. Это говорили и наши Грамматики; но справедливо ли? Мнѣ кажется, что для переставокъ въ Рускомъ языкѣ есть законъ; каждая даетъ фразѣ особенный смыслъ; и гдѣ надобно сказать: солнце плодотворитъ землю, тамъ: землю плодотворитъ солнце, или: плодотворитъ солнце землю, будетъ ошибкою. Лучшій, то есть истинный порядокъ всегда одинъ для расположенія словъ; Руская Грамматика не опредѣляетъ его: тѣмъ хуже для дурныхъ Писателей! и право ошибаться не есть выгода.
Г. Модрю почти съ восторгомъ говоритъ о нашихъ уменьшительныхъ, и находитъ ихъ даже въ глаголахъ: поколоть есть для него немножко уколоть!! – Пусть угадаетъ Читатель, какія слова прельщаютъ Автора своею силою и богатствомъ въ смыслѣ? Тройка и часовникъ!! Имя часовникъ переводитъ онъ такимъ образомъ: Livre qui continent les prières publiques et autres exercices de rêligion; это не переводъ имени, а толкованіе смысла. Развѣ Французское les heures не то же значитъ, что нашъ часовникъ въ смыслѣ молитвенника?
Г. Модрю находитъ въ одномъ имени временщика цѣлый трактатъ о непостоянствѣ придворнаго щастія… Это замѣчаніе имѣетъ свою цѣну, и мы согласны, что Руской временщикъ лучше Французскаго mignon. Но можемъ ли согласиться, чтобы слово язычество заключало въ себѣ тотъ глубокой смыслъ, который онъ ему приписываетъ, говоря:,Рускіе Видятъ во многобожіи пустословіе, и для того изъ слова язычникъ означающаго пустомелю или болтуна (!!), они составили язычество?» Гражданинъ Модрю не знаетъ, что языкъ значитъ по-Славянски народъ, и что слово язычество такъ же образовано отъ имени народа, какъ Латинское gentiliras отъ gens.
Въ числѣ именъ сложныхъ, которыя ему нравяітя и не нравятся, поставлены: невѣстопросительница, первстволюбецъ: гдѣ онъ нашелъ ихъ? Шляхетство, щенокъ и листокъ оскорбляютъ, а заимодавица и подаиваю (je trais) плѣняютъ нѣжyой слухъ его; первыя кажутся ему вдохновеніемъ сѣвернаго, а другія южнаго климата. Слово частоплюй изображаетъ для него народную привычку Рускихъ (milêricorde!!)? но скорѣе можно укорять ею Нѣмцовъ, которые любятъ курить табакъ. Ласка голубчикъ есть, по мнѣнію Автора, слѣдствіе нашей вѣры во Святаго Духа; а слово братъ и братецъ представляютъ ему важную истину: ту, что нѣкогда всѣ люди были въ Россіи братьями!!Когда же развратились нравы, тогда знатные взяли себѣ имя братецъ, а братъ достался въ удѣлъ народу; одно есть знакъ уваженія, а другое презрѣніе!!» Гражданинъ Модрю велитъ нашимъ Историкамъ изслѣдовать, въ какое время произошло это различіе въ смыслѣ брата и братца. Задача трудная! не беремся рѣшить ее.
Онъ замѣчаетъ, что Рускіе говорятъ: на войнѣ, а Французы: dans la guerre – отъ чего же такая розница въ предлогахъ? Отъ того, что Французы воображаютъ войну только мѣстомъ; а Рускіе Вулканомъ, огнедышущею горою: это представляетъ картину!».. Модрю есть Грамматикъ-Поэтъ! но еще болѣе Грамматикъ-Философъ – какъ-то видно изъ слѣдующаго важнаго примѣчанія:
