О себе (сборник) полностью

Сократ. Видишь ли, ты живешь один. Ты — Продик, сам Продик. А рядом со мной всегда находился некий человек, который меня обличал и мучил. Понимаешь, стоило мне произнести любую истину, которая так ясна нам с тобой, как он тотчас ее опровергал… Я ведь тоже думал, что главное — быть богатым, пользоваться почетом, выпускать свои книги. Но как только я произносил это вслух, он бросался на меня с бранью и приводил тысячу примеров, когда быть богатым, выпускать книги и пользоваться почетом оказывалось стыдно! И что самое ужасное, я никогда не мог от него избавиться. Ибо он жил рядом со мной, в одном доме, даже в одном теле. И это он мучил меня, задавал вопросы, на которые нам с тобой хорошо известны ответы, а ему — нет. И оттого я не сумел прожить жизнь так, как прожил ее ты. И оттого я — здесь, в тюрьме, а ты пришел сюда ко мне… Но что же у нас получается, Продик? Ведь это ты должен был открыть мне то, чего не знаю я… А у нас выходит наоборот.

Пауза.

Продик. Ну что ж… Я расскажу тебе сейчас, Сократ, и твоему взыскательному другу тоже расскажу. (Медленно.) Сколько у тебя детей, Сократ?

Сократ. У меня трое сыновей.

Продик. Я рад открыть тебе истину: у тебя нет сыновей, Сократ. (Засмеялся.) Пока тебя мучил твой человек… (Замолчал.)

Долгая-долгая пауза.

Сократ (поднял голову, улыбнулся, глухо). Посмотри на меня и на себя. Жена нищего, дряхлого философа предпочла ему красивого, богатого, легкоголового Продика. Что ж тут нового? И когда было иначе? В какие времена, Продик? (Почти кричит.) А я просил тебя открыть мне новую истину! Я не прощаю тебя! Я буду являться к тебе!

Продик (вскочил). Ступай под землю! Рогатый старик! Смерть тебе!

Сократ (вскочил). А что в результате, Продик? За эту смерть они завтра восславят меня и будут ставить мне памятники и поклоняться моей роже — плешивой роже, которой пугали детей кормилицы!

Продик (в ужасе). Ты… нарочно? Опять?

Сократ (хохочет). Ну что ж ты стоишь? Ты мечтал о славе. Я открываю тебе, как ее достичь. Последний твой шанс, Продик: беги и сделай нарочно, чтобы они тоже несправедливо убили тебя! (Хохочет.)

Продик убегает. Сократ ложится на ложе. Входит Тюремщик.

Тюремщик. К вам пришла…

Сократ. Не пускай ее.

Тюремщик. Как прикажете.

Сократ неподвижно лежит на ложе.

(Словоохотливо.) Правду ли говорят, что вы самый большой мудрец?

Сократ не отвечает.

Я почему вас спрашиваю, я не верю слухам. Например, обо мне говорят, что я самый большой дурак. Тогда что же выходит — самый большой мудрец сидит в тюрьме, а самый большой дурак его стережет. Ан не так!.. Вы — славный старичок, я вам кое-что открою. (Шепотом.) Я совсем не дурак, я только притворяюсь. Потому что с дурака взятки гладки и никакого спроса. И никто его не боится, и все над ним смеются, а значит, любят. И так я всю жизнь прожил, и хорошо. Хоть читать и писать не умею, а состою на государственной службе и получаю два обола. Достиг!.. Главное — не выдавать никому, что ты умный. А в душе будь хоть мудрецом, это твое дело. Я сам знаешь какой умный в душе! Когда я одному приговоренному здесь все это рассказал, он даже заплакал. «Эх, говорит, жаль, что ты мне раньше не встретился! Жил бы по-другому…» И все имущество мне завещал… Плохо, что у вас нет имущества.

Врывается Ксантиппа.

Ксантиппа (Тюремщику). Ты что торчишь тут?! Взял деньги — уходи!

По знаку Сократа Тюремщик уходит.

Продик сказал мне… Он негодяй, Сократ… Это все неправда! Это твои дети, Сократ! Твои! Твои!

Сократ. Я знаю, Ксантиппа.

Ксантиппа. Он со злости! Он нарочно, чтобы… Сократ! Хочешь, я позову его, он подтвердит? Ты мне веришь?!

Сократ. Да, Ксантиппа.

Ксантиппа (прижалась к нему и вдруг начинает плакать). Ты веришь по правде? Клянись!

Сократ. Клянусь.

Ксантиппа. Ты взял меня совсем молодой… Ты был старик, а я была… У тебя было столько друзей, и ты всегда с кем-то беседовал… А я слушала и ничего не понимала… Я была совсем молодая, а ты…

Сократ. Не надо, Ксантиппа!

Ксантиппа. Ты все время себя побеждал. Сначала ты победил свое тело и выучился ходить босиком зимой. Потом ты победил тщеславие и стал ходить в рваном хитоне. Потом ты победил свою плоть, и она уже не мешала тебе мыслить… И я осталась одна на пустом ложе! А я была совсем молодая, Сократ. А ты не обращал на меня внимания! Мне даже казалось, что ты попросту меня не видишь. Ты вдруг почему-то вообразил, что я красивая, настолько ты не обращал на меня никакого внимания! Ну погляди на меня, Сократ, какая же я красивая! Ну что ты, с ума сошел, откуда же я красивая!

Сократ. Ты красивая, Ксантиппа.