Д. Ж . Уже надоело. (Зевнул.) Все надоело. (И погружается в свою задумчивость.)
Лепорелло ( кивнув на звонящий телефон.) Что все это значит, сударь?
Д. Ж . ( совсем сонно). Я сам сообразил это только в семнадцатом веке… нет, даже в восемнадцатом, когда я был Казановой. Короче, все, кого я любил, не умирают.
Лепорелло (в ужасе). Как – все?!
Д. Ж . ( виновато ). Да, они рождаются вновь и вновь, но под другими именами, даже с другими лицами. Но я их всегда узнаю по взгляду: завороженный, грезящий взгляд, будто опрокинутый в себя… Они вспоминают… Они не могут забыть любовь Дон Жуана, ночь Дон Жуана… И они живут опаленные, с этим взглядом, и вечно ждут. И стоит мне объявиться на свете – они устремляются мне навстречу… Сейчас они, должно быть, тоже уже собираются.
Лепорелло (задрожал). Куда… собираются?
Д. Ж . Ну и отупел ты, братец, за двести лет. Сюда собираются! (Декламируя.) «И они идут на свидание с Дон Жуаном, с Парисом, с Казановой – кто с кем, каждому свое».
Лепорелло (бросился к окну, взглянул вниз и в ужасе отступает). Сударь! Там толпа!
Д. Ж . (подойдя к окну). Ну разве это толпа… Толпа еще соберется. (Скучно.) Мои любимые! Мои прекрасные! Я, как полководец, собравший ветеранов… «Прощайте, вы, пернатые войска…»
Лепорелло . Надо бежать. Пока не поздно! Скандал на мази, я чувствую!
Д. Ж . Я не могу бежать, Лепорелло, ты знаешь. У нас здесь осталось главное…
Лепорелло . Вы о чем, сударь?
Д. Ж . Не притворяйся, мерзавец! Ты понял.
Лепорелло (торопливо). Я ничего не понял! Вы послали меня к маркизе де Тариф! Все! Я иду! Адью!
Д. Ж . (
дрожащим голосом, указывая на портрет, прикрытый холстом). И все-таки, Лепорелло, кто там?
Прыжком он бросается к холсту. Лепорелло тоже прыжком, ловя последнее мгновение, прикрывает ему дорогу. Они борются.
Лепорелло . Это не она!.. Клянусь!., д. ж. (истошно). Уйди, убью мерзавца!
Отшвыривает Лепорелло, сбрасывает покрывало с портрета.
