Я завис над бездной снова. Из-за моего плеча Проступает горечь слова, Бледность лунного луча. Мне теперь уже не надо Знать на свете что к чему... Преодолеваю взглядом Я межвременную тьму.
* * * Сердцебиение, сухость во рту. Взгляд отражает ночей пустоту, Хрупкое воспоминанье Вплоть до потери сознанья. Так завершается жизненный круг: Стрелки часов вызывают испуг, Странное темное знанье.
Слышится медленный сдавленный стон, Беды сбегаются с разных сторон. И разрывается снова В клочья высокое слово. Видишь зеркальный бесчисленный ряд, И отражения бьешь наугад, Ищешь чего-то иного.
Холодом веет, но полночь чиста, Ты наблюдаешь сиянье креста И над землею надменно Души летят во Вселенной... Вечность срывается с прежних орбитЯ очарован, развеян, разбит Песней ее сокровенной.
* * * Ты жаждешь новых впечатлений. Ну что ж, пожалуйста, извольВот без раздумий-сожалений Всепоглощающая боль.
Вот ледяная откровенность, Пугающая красота. И злых ночей проникновенность, Сияющая пустота.
Вот жизни сказочной изнанка, Ее стремительный распад, И превращенье спозаранку Да в догорающий закат.
Ведь время, скользкое как мыло, Как пена, взбитая слегка, Тебя давно уже забыло, (задуло ветром сквозняка) Растерло в пыль наверняка.
Тебя безжалостно изгложет Всепроникающая боль ... Ты хочешь нового, ну что же Возьми, пожалуйста, изволь.
* * * Я время достаю привычным жестом, И вновь кладу в карманы ожиданья. Едва ли в этом мире есть мне место. Едва ли есть я в этом мирозданьи.
Но буду до конца оригинален, Невероятно горд и безразличенВернусь в свой ад, забвением ужален, От всех других отчаянно отличен.
Я наблюдаю скуки мельтешенье, И сумерек печальных утонченность. Я чувствую в душе опустошенье, Записывая слово - обреченность.
Хоть, может быть, я осуждать не вправе Вселенную, живущую иначе, Меня лишь смерть когда-нибудь исправит, Она одна хоть что-нибудь да значит.
* * * В комнате большой и темной, В жизни серой и кривой Пойман тишиной огромной, Запредельной тишиной.
Пойман скукою капризной, Уводящей в вечера. Уничтоженной отчизной Я нанизан на ветра.
С губ сорвется вдруг полслова Грусти тихой и простой... И гуляет вечность снова В комнате уже пустой.
