Здания возводились настолько стремительно, будто падали с небес. Только и успевай следить за счётчиком ресурсов в углу экрана. Бетон, сталь, стекло, дерево требовались в многотонных количествах. И каждое «космическое» число в строительной документации непременно покрывали земные люди. Изо всех уголков круглой планеты свозился материал для строительства очередного самого высокого здания. Для удовлетворения нужд одного мегаполиса «не засыпали» шахты и заводы множества маленьких провинциальных городишек. Человек создал новый совершенный мир из звёздной пыли, подобно Богу.
Я вышел из видеоигры и устремил взгляд на самый яркий огонёк вдали. Он невероятным образом выделялся среди подобных ему искусственных «светлячков». В том месте, где жил отец, фонарь светил ярче Альтаира — так выглядела моя путеводная звезда. Нельзя было знать наверняка, не принял ли я за благодатный огонёк прожектор торгового центра. Однако я ни на зептосекунду не сомневался, что направлялся именно к отцу. Точный маршрут мне подсказывало внутреннее чутьё и GPS-навигатор. По мере приближения я слышал родительские жизненные наставления всё отчётливей и отчётливей.
Движимый древнейшими биологическими алгоритмами, я старался поймать ускользающее мгновенье. «Завершение работы» — «Перезагрузка». Код неторопливо пополз по экрану. Наработанные в ходе непрерывного функционирования ошибки заметно ухудшали производительность системы. Назойливые рекламные уведомления всплывали один за другим. Это не убивало компьютер, но и сильнее точно не делало, вопреки всем законам логики. Периодически я обращался за помощью к защитным утилитам, прямой функцией которых была очистка ошибок и оптимизация работы. Понятное дело, что вспомогательные программы не исправляли ста процентов повреждений. Они облегчали пользование на время: в определённом смысле оказывали эффект плацебо. Тем временем ошибки множились. Повреждённая система стала толерантна к вирусам извне.
Вредоносные ресурсы внедрялись в коды других программ, а также проникали в системные области памяти и загрузочные секторы. Вирусы распространялись по различным каналам связи. Постоянные разрывы соединения. Связываться с другими компьютерами стало проблематично. Можно было попытаться всё исправить вручную через командную строку. Неожиданно я отыскал в себе желание жить «на полную». Моё тело будто автоматически совершило длинный прыжок. Из-за меня кабина аэромобиля закачалась в воздухе, но не сбавила ход. Этот прыжок очень позабавил девочку: она похлопала своими маленькими ладошками. Другие люди отнеслись куда более скептично к моему проявлению радости. Пассажиры возмущённо отвлеклись от гаджетов. Наверное, они приняли меня за безрассудного дурака. Мгновенный штамп с пометкой в мобильном приложении «СтереоТипы». Когда стоит выбор между просмотром нового смешного видео в гаджете и разбором причинно-следственных связей поведения случайного прохожего — выбор очевиден. Мимолётные зрители уже через минуту спокойно отписывали друзьям о неком чудаке из авиатакси или вовсе забыли о произошедшем.
По бокам воздушного такси активизировались поручни, закрылись окна. Вероятно, бортовой компьютер расценил мои действия как вандализм. Мысль подтвердило сообщение о штрафе, возникшее на экране телефона практически сразу. Уверен, этот прыжок стоил каждого списанного цифрового коина. Я встал и широко раскинул руки. Ветер сочился сквозь пальцы. Поймать эти потоки, казалось, невозможно — они были неуловимы.
Ни воздухом единым — внезапно в открытую ладонь влетело пёрышко. Этот подарок небес принадлежал дальнему потомку птеродактиля — городской птице. Пёрышко запряталось меж пальцев и никак не хотело вылетать обратно. Оно забавно трепыхалось из стороны в сторону. Событие меня развеселило. Я засмеялся. Девочка, увидев радость на моём лице, засмеялась тоже. Почувствовав небывалое облегчение, я вновь занял своё место. В моих руках трепыхалось самое настоящее птичье пёрышко. Стремительные потоки ветра трепали его нежные края. «Хмм, в этой зоне должен работать отпугиватель птиц», — мои мысли унеслись в неведомую даль компьютерного кода.
Точно! Систему можно разложить на строки системного кода. Каждому элементу присуждён свой численный и буквенный показатель. Даже простейшая функция вроде «заварить кофе в 6:00» идёт по строго заданному алгоритму. Сейчас читать между строк нет необходимости. Зачем прорабатывать каждую мелочь в коде, когда система самоусложнилась настолько, что для трансляции достаточно исходников?
…
