Отодвинув свой стул, Пука приподнялся с легким поклоном.
— Тысячу приветствий, — произнес он своим благозвучным голосом. — Нам выпала большая честь оказаться в этом доме ко времени вашего появления. Также почтем за честь почтить вас разложенными здесь, на полу, подношениями — самыми редкими и отборными дарами земли. Прошу принять их от имени моих друзей и от меня лично. Мы все, как один, спешим приветствовать вас, выразить надежду на то, что путешествие оказалось приятным и что ваша дражайшая матушка жива и пребывает в добром здравии.
— Я глубоко тронут, господа, — с благодарностью промолвил незнакомец своим низким, густым голосом. — Ваш поистине дружеский жест — один из тех счастливых подарков судьбы, которые хотя бы на время изгоняют ютящееся в сердце всякого едва явившегося в этот мир ощущение, что жизнь пуста и бесприютна, пошла и безвкусна и не стоит тревог, связанных с тем, чтобы вступить в нее. От всего сердца благодарю вас. Ваши дары, они...
Он пошарил в воздухе толстыми красными пальцами, словно надеясь выудить нужное слово.
— О, не стоит, — сказала Добрая Фея. — Все это в изобилии можно найти повсюду, и нам не стоило никакого труда принести это сюда. От всей души приветствуем вас.
— Тебе-то уж точно никакого труда не стоило, — огрызнулся Коротышка.
— Ругаться при чужих людях, — ответила Добрая Фея, — это верх вульгарности. Представляю, какой тяжкий крест пришлось нести воспитавшим тебя родителям.
— Заткни пасть, — прикрикнул на нее Коротышка.
— И все равно, как бы там ни было, жизнь прекрасна, — сказал Орлик. — У всех такие разные лица, и говорит каждый по-своему. Вот, например, у вас, сэр, — обратился он к Пуке, — какой чудной голосок доносится из складок вашей одежды. А у меня только один рот — вот он.
— Не беспокойтесь и не ломайте себе над этим голову, — ответил Пука. — Просто у меня в кармане — маленький ангел.
— Рада с вами познакомиться, сэр, — приветливо обратилась Добрая Фея к Орлику.
— Маленький ангел? — удивленно спросил Орлик. — А какого он роста?
— О, совершенно никакого, — ответил Пука.
— Я как Евклидова точка, — пояснила Добрая Фея, — неизмеримая частица пространства. Ставлю пять фунтов, что вы не сможете меня и пальцем тронуть.
— Пять фунтов, что я не смогу тронуть тебя пальцем? — пробормотал Орлик в некотором замешательстве.
— Если вы не возражаете, — вмешался Пука, — я предложил бы на данный момент ограничиться тем, что весомо, грубо и зримо. Взгляните хотя бы сюда, на эти плоды и кувшины, полные...
— О да, конечно, — подхватила Добрая Фея, — лучше ирландских яблок во всем белом свете не сыскать. А какой аромат, только понюхайте!
— Для нас большая честь, что вы не пренебрегли нашими скромными дарами, — смиренно произнес Пука. — Вы очень добры, мистер...
— По словам мамы, — сказал Орлик, — мое уменьшительное имя — Орлик.
— Орлик Треллис? — переспросил Пука. — Отрадно слышать.
Сорвав с головы сомбреро, Коротышка восторженно замахал им в воздухе.
— Да здравствует маленький Орлик, — вопил он. — Да здравствует Орлик Треллис!
— Потише, пожалуйста, — попросил Пука, кивая в сторону спальни.
— Гип, гип... Ура, ура, ура!
После этого всплеска эмоций ненадолго воцарилась умиротворенная тишина.
— Разрешите поинтересоваться, — галантно произнес Пука, — каковы ваши дальнейшие планы, сэр?
— Я еще ничего не решил, — сказал Орлик. — Прежде надо хорошенько осмотреться и понять, где я, собственно, нахожусь. Должен признаться, я очень удивлен, что мой отец не пришел встретить меня. Сами понимаете, в глубине души человек всегда рассчитывает на толику внимания. Матушка моя даже залилась краской, когда я спросил ее об этом, и поспешила сменить тему. Все это невольно поражает. Думаю, мне придется навести кое-какие справки. Не угостит ли меня кто-нибудь сигаретой?
— Само собой, сэр, — сказал Кривая Пуля.
— А вот тут, в корзинках, — бутылки, — как бы между прочим заметил Коротышка.
— Почему бы не откупорить парочку? — предложил Орлик.
— Отметить такое событие — разумеется, в рамках — безусловно желательно, — присоединила свой голос Добрая Фея.
— Вот что, — прошептал Пука, засовывая руку в карман, — я вынужден попросить тебя выбраться на минутку, мне нужно переговорить с хозяином наедине. Помнишь о нашем уговоре?
— Все это, конечно, замечательно, — недовольно произнесла Добрая Фея, — но куда прикажешь мне деваться? На полу меня просто затопчут. Я, знаешь ли, не половая тряпка.
