Таким образом, непосредственная оборона при крупных силах с обеих сторон, при значительных размерах реки и при благоприятных обстоятельствах может считаться очень хорошим средством обороны, ведущим к результатам, на которые в последнее время (памятуя лишь о неудачных речных оборонах, предпринятых с недостаточными средствами) слишком мало обращали внимания. Ибо, если при вышеуказанных предпосылках (которые на таких реках, как Рейн и Дунай, легко могут иметь место) становится возможной успешная оборона на участке протяжением 24 мили с 60 000 человек против значительно превосходных сил, то можно с полным правом сказать, что такое достижение заслуживает внимания.
Мы сказали
Конечно, не следует забывать, что большинство обороняемых участков рек – вернее сказать, решительно все – лишены абсолютных опорных пунктов и, следовательно, могут быть обойдены, а такой обход значительно облегчается большим превосходством сил.
При этом надо иметь в виду, что такая непосредственная оборона реки даже в случае преодоления ее неприятелем все же не может быть поставлена на одну доску с проигранным сражением; едва ли она может привести к полному поражению, так как в бою участвует лишь часть наших войск, а неприятель, задержанный медленной переправой по единственному мосту, не имеет возможности тотчас же развить последствия своей победы до крупных размеров; отсюда ясно, что никак нельзя слишком низко ценить это средство борьбы.
Во всех практических, жизненных делах все сводится к тому, чтобы попасть в надлежащую точку. И при обороне реки важнейшим условием является правильный учет всех обстоятельств. На вид незначительное обстоятельство может внести существенные изменения в конкретную обстановку и обратить в пагубную ошибку то, что в другом случае представляло бы в высшей степени мудрую и действительную меру. Эта трудность – правильно все взвесить и учитывать не одни только свойства реки – здесь особенно велика; больше, чем в каком-либо другом случае, мы должны здесь особенно остерегаться опасности неправильного применения и толкования; но, сделав эту оговорку, мы считаем долгом открыто заявить, что не придаем никакого значения воплям тех, кто под влиянием смутных чувств и неопределенных представлений всего ожидает от наступления и маневра и видит наиболее верное олицетворение войны в гарцующем на коне с поднятой над головой саблей гусаре.
Такие представления и чувства далеко не всегда достаточны. Напомним хотя бы о некогда знаменитом диктаторе Веделе под Цюллихау в 1759 г.[196] Но хуже всего то, что эти представления и чувства редко сохраняются до конца; они покидают начальника как раз в тот момент, когда на него напирают крупные и сложные события, запутанные в лабиринт тысяч отношений и зависимостей.
Таким образом, мы полагаем, что непосредственная оборона реки при значительных массах войск и при благоприятных обстоятельствах может дать хорошие результаты, если довольствоваться скромными негативными успехами. Но это не относится к небольшим массам войск. В то время как 60 000 человек на определенном участке реки могут воспрепятствовать переправе армии в 100 000 человек и больше, 10 000 человек не в состоянии помешать переправиться на том же протяжении корпусу в 10 000 человек и, пожалуй, даже вдвое слабейшему отряду, если бы последний отважился подвергнуться опасности оказаться на одной стороне реки со столь превосходным противником. Это вполне понятно, так как средства переправы остаются теми же самыми.
До сих пор мы почти не останавливались на демонстративных переправах, так как при непосредственной обороне реки они не имеют большого значения: с одной стороны, при такой обороне сосредоточение войск на одном пункте не имеет места, каждой части и без того поручена оборона известного участка реки, а с другой – такие демонстративные переправы в указанной обстановке крайне затруднительны. Если средства для переправы сами по себе слишком незначительны, т. е. не имеются в том количестве, какого желал бы наступающий для обеспечения своего предприятия, то едва ли наступающий сможет и захочет затратить значительную их часть для демонстративной переправы. Во всяком случае, вследствие демонстрации общая масса войск, которую он будет в состоянии перебросить через реку на действительном месте переправы, соответственно уменьшится и противник опять-таки выиграет то время, которое наступающий, может быть, потеряет из-за неуверенности, вызванной демонстрацией.
Непосредственная оборона вообще применима лишь по отношению к главным рекам в нижней половине их течения.
