Алла, сидевшая, как обычно, во главе стола, строго сказала:
– Не завидуйте, девки. У Ярины настоящий талант, видели запись, где она танцует? А талант не может не привлекать, его даже самые тупые интуитивно чувствуют, отсюда и такая цена, – она вздохнула и самокритично добавила. – Не всё же сиськами брать.
– Что, она, по ночам танцевать им разве будет? – фыркнула одна из девушек.
– И танцевать в том числе, – не смутилась Алла. – Бросьте, девчонки. Вот увидите, Ярина ещё станет лучшей танцовщицей Оазиса. Если, конечно, её постоянник разрешит ей танцевать.
– Если ещё будет постоянник, – опять буркнул кто-то.
– Будет, – заверила Вика. – Такую цену, какую уже сейчас за неё дают, за одну ночь не выкладывают. Ещё раз говорю: не завидуйте, нехорошо это.
– Да и завидовать нечему, – с притворным сочувствием вздохнула Катерина, обычно молчаливая девица с россыпью чёрно-синих косичек. – Вы же догадываетесь, кто за неё борется?
– Кто? – встревожилась Ася, даже отставила в сторону недопитый сок. – Ты хочешь сказать…
– Ну да, – Катерина брезгливо потрясла своими косичками. – Кто у нас всех целок перекупает?
– Кто? – спросила уже я.
Алла успокаивающе тронула Яринку за плечо.
– Катя преувеличивает. Да, есть тут завсегдатаи, любители совсем юных девочек, стараются обычно не пропускать, но твоя цена уже за пределами их возможностей.
Яринка чуть заметно улыбнулась уголками губ и бросила на меня лукавый взгляд. Разумеется, только мы здесь знали, что постоянник у неё уже почти есть и беспокоиться не о чём.
Но после обеда, когда мы вдвоём шагали к библиотеке, подруга тревожно сказала:
– Я Яна не видела с Рождества.
– Но он же участвует в аукционе? – встревожилась и я.
– Конечно, с самого начала. Только ты видела, как цена растёт? Вдруг у него денег не хватит?
– Ты же говорила, что там отец большая шишка и на всё пойдёт, чтобы из сына настоящего мужика сделать?
Яринка вздохнула.
– Да, но на такую сумму мы не рассчитывали. Что-то я начинаю бояться…
Боялась Яринка зря. Всё закончилось через пять дней, когда стоимость лота достигла небывалой высоты, и наши соседки затруднялись вспомнить, кто ещё за всю историю Оазиса ушёл с торгов за подобную цену.
Алла нашла Яринку в библиотеке, где мы на пару корпели над английским, и, бесцеремонно прервав занятие, объявила о закрытии аукциона. Я широко раскрыла глаза, Яринка, наоборот, испуганно зажмурилась, даже преподавательница Нина, недовольная вмешательством в свой урок, разом забыла об этом и охнула, опускаясь на стул. Никому не пришло в голову задавать вопросы, и мы втроём просто пялились на возвышающуюся на пороге Аллу. Та, видимо, ожидала другой реакции, потому что спустя довольно продолжительную паузу укоризненно спросила у моей подруги:
– Тебе не интересно, кто потратил целое состояние на то, чтобы провести с тобой сегодняшнюю ночь?
Яринкино лицо посерело.
– Как? Только ночь?
Алла закатила глаза.
– Ну да, такие деньги за одну ночь? Ты никак зазвездела, мать? Полгода! Тебя купили на ближайшие полгода. Поздравляю с постоянником!
Нина заулыбалась, протянула руку, потрепала Яринку по плечу, тоже пробормотала что-то поздравительное. Но Яринка не сводила расширенных глаз с Аллы, и та, наконец, сжалилась.
– Бурхаев, Ярина, Бурхаев тебя купил. Далеко не худший вариант, знаешь ли.
Я не знала фамилии Яна, и слова Аллы мне ничего не сказали, но по тому, как облегчённо обмякла на своём стуле Яринка, как расслабилось её лицо и потеплели глаза, поняла: всё в порядке.
– Бурхаев, – машинально повторила она. – Да… не худший.
Алла, внимательно наблюдавшая за моей подругой, удивлённо приподняла брови, словно ожидала иной реакции, потом деловито распорядилась:
– Значит, так. На работу сегодня не идёшь. После занятий занимайся чем хочешь, но чтобы к восьми вечера была дома. Я, как старшая, должна подготовить тебя.
– Как подготовить? – спросила я, почему-то эти слова показались зловещими.
– Обычно. Накрасить, надушить, нарядить, чтобы к покупателю наша красавица явилась при всём параде. Ну и дам несколько советов лично от себя, девчонки, думаю, тоже в стороне не останутся. Ух, как я волновалась, когда первый раз шла к гостю, – Алла ностальгически вздохнула, – а ведь до этого замужем была. Но ты не бойся, все мы через такое проходим рано или поздно, потом смеяться будешь.
Но Яринка и сейчас выглядела так, словно готова смеяться. И я её понимала. Даже меня затянувшийся аукцион держал в напряжении, что уж говорить о подруге, чью судьбу он решал. И теперь, когда стало известно, что Ян всё-таки выполнил задуманное и его не остановили заоблачные ставки, Яринка просто светилась.
Алла, собравшаяся уже уходить, остановилась и снова глянула на неё недоумённо. Потом непонятно сказала:
– Ну и правильно… ну и молодец. Не о чём тут переживать, – и поспешно покинула библиотеку.
Нина тоже выглядела слегка озадаченной, на минуту она задумалась о чём-то, решительно тряхнула головой.
– Знаете, что, девочки? Хватит на сегодня английского. Сейчас вы всё равно уже ничего не запомните, так что идите, отдыхайте.
