После восшествия на престол в 940 году Олег в течении нескольких лет вел упорную борьбу с венграми, нападениями которых на Моравию руководил принц Токсис (Toxis) из рода Арпадов. Венграм удалось захватить часть Моравии и Велеград, столицу Олега. Олег действовал против венгров, получая военную помощь от польского князя Земомысла и своих родственников из Руси. В трехдневной битве при Брюнне (949 г.), войско Олега попало в засаду, преследуя венгров, обратившихся в притворное бегство. Большая часть его погибла, лишь немногие смогли прорваться из окружения и укрыться в близлежащей крепости и непроходимых лесах. Олег, собрав остатки войска, вынужден был навсегда покинуть Моравию и переселиться в Польшу к князю Земомыслу. По сообщению Пешины там, в Польше, он вскоре и окончил свои дни.
Чешские историки, вслед за Пешиной, излагавшие историю князя Олега по-иному передавали завершение его биографии. J.G.Stredowsky и C.B.Hirchmenzel сообщали о возвращении Олега из Польши обратно в Россию и участии Олега и прибывших с ним на Русь священников и моравской знати в обращении русских в христианство[54]. Сохранилась в трудах некоторых историков и дата смерти Олега — 967 г. J.G.Stredowsky, сообщая о смерти Олега, замечает, что он умер в своем отечестве: «Anno 967. Olgus ultimus Moravicum Rex, pro illius differentia temporis, in Russia exul, curis ac aetate fractus, vitem ibidem defecit…».
(«В год 967 г. Олег, последний король Моравии, некогда ставший изгнанником в России, сломленный возрастом и заботами, там же окончил свои дни…»)
А.В. Флоровский, посвятивший «летописи Коменского» небольшое исследование, выдвинул гипотезу, согласно которой, ссылка Я.А. Коменского на русские хроники объясняется его знакомством с каким-то западнорусским псевдоисторическим литературным произведением, в котором был использован летописный рассказ о борьбе сыновей Святослава, соединенный с домыслом об Олеге.
Этот вывод сопряжен с определенной натяжкой: характеристика русских известий, заимствованных А.В. Флоровским у Папроцкого (рассказ об Олеге Святославиче и Ярополке), была механически экстраполирована им на источник Коменского и Пешины. В изложении Пешиной текста «летописи Коменского» указанные факты русской истории практически не отразились, Исключением является сообщение Пешины о происхождении Олега от брата Ярополка. Однако это сообщение самим автором подвергается автором сомнению. Более чем вероятно, что известие это заимствовано Пешиной у Папроцкого, на труд которого он ссылается в своем произведении. Вообще русское происхождение этого произведения сомнительно. В тексте изображаются события, происходившие в Чехии и Польше, автор хорошо знаком с географией Чехии (упоминание Велеграда, Оломоуца, битвы при Брюнне и т. д.). Генеалогия Олега и его русских родичей (Ольги и Игоря) выглядит путанной и нечеткой. Создается впечатление, что автор летописи Коменского вообще не был знаком с русскими летописями.
Научная репутация Я. А. Коменского не позволяет нам заподозрить ученого в банальной фальсификации источника. Ссылка на русское происхождение «летописи Коменского» должна была появиться вследствие ошибки ученого. Возможно, в распоряжении Коменского оказалась древняя рукопись, написанная на старославянском языке, глаголицей, кириллицей или, по крайней мере, латинскими глоссами, но с сохранением старославянского диалекта. Этот источник, содержавший историю князя Олега, и был принят Коменским за «русские анналы».
В Чешском государстве после изгнания из Моравии учеников Кирилла и Мефодия старославянский язык был еще в течении более чем двух столетий равноправным партнером латыни. Только в самом конце XI- начале XII в. в Чехии он был запрещен. Старославянская письменность подверглась гонениям, книги на старославянском языке были уничтожены. В рукописях до нашего времени сохранились жалкие останки старославянской письменности: написанный глаголицей миссал X в., Пражские глаголические отрывки XI в., написанные кириллицей глоссы в одной из латинских рукописей. Одна из таких редких рукописей видимо сохранилась в архиве Жеротинов и была впоследствии передана для ознакомления Я.А. Коменскому.
Я.А. Коменский, получив эту рукопись от Жеротина, на основе ее, должен был составить краткое сочинение по генеалогии рода Жеротинов. Задача Коменского очевидно состояла в том, чтобы уже известную от Папроцкого легенду о происхождении Жеротинов дополнить фактами старинной рукописи, упоминавшей о годах правления Олега, последнего короля Моравии.
