Как помочь очаровательной Анджеле – ради ее же блага – забыть свою первую любовь? Отправить ее с бывшим возлюбленным в путешествие – и от любви останутся лишь раздражение и злость! Так решили друзья Кланси Моргана и Анджелы Конрад… но в их планы неожиданно вмешалась сама судьба! Отрезанные от мира тропическим ураганом, Кланси и Анджела внезапно осознают, что любовь, казалось бы, угасшая навсегда, возрождается с новой, страстной силой!..
Взгляд Кланси Моргана рассеянно скользил по праздничному залу. Солидные мужчины в дорогих костюмах и дамы, одетые в вечерние платья, казались ему совершенно чужими людьми. Лишь изредка привычные выражения лиц и жесты напоминали Кланси, что это его бывшие одноклассники. Впрочем, сейчас он мало отличался от них. Посторонний наблюдатель увидел бы обыкновенного мужчину, темноволосого и голубоглазого, в хорошем костюме, с выражением скуки на лице. Сам не зная зачем, Кланси пришел на праздник и уже готов был пожалеть об этом.
Женщина, стоявшая в тени широких дверей зала, показалась ему знакомой. Издалека Кланси не мог разглядеть ее лица, но был уверен, что встречал ее раньше. Он подумал, что она вполне может быть чьей-то женой или сестрой. Но этот утонченный, изящный силуэт и легкий наклон головы когда-то так отпечатались в памяти Кланси Моргана, что ошибиться он не мог. Он замер на месте, не решаясь подойти ближе.
Она была безумно похожа на Анджелу Конрад. Но сколько бы лет ни прошло, это просто не могла быть Анджела! Замкнутая тихоня, стеснительная серая мышка, которую помнил Кланси, не любила праздников и шумных собраний. Даже небольшая школьная вечеринка пугала ее – что же говорить о празднике в честь десятилетия со дня окончания школы? Бывшие одноклассники решили отметить дату в огромном зале, украшенном цветами и воздушными шарами.
– Добрый вечер, друзья! – Ведущий изо всех сил старался завладеть вниманием зала. – Давайте поприветствуем Дороти Симпсон! Она произносила прощальную речь на выпускном вечере тысяча девятьсот тридцать седьмого года, и ей есть что рассказать вам. Это удивительная женщина, не правда ли?
Под редкие хлопки собравшихся пожилая женщина поднялась на сцену и начала долгий рассказ о своем детстве. Кланси оглянулся, чтобы посмотреть, чем заняты его бывшие одноклассники.
– Тридцать седьмой год, надо же… – прошептала ему на ухо Дженни Уоллз. – Наверное, эта старушка пережила всех, кто был на ее выпускном.
Дженни была единственной, кого Кланси узнал сразу: за десять лет она почти не изменилась. Оказалось, что она давно замужем и воспитывает дочь, которой скоро исполнится девять.
Кланси улыбнулся. Бедную Дороти Симпсон никто не слушал; собравшиеся в зале были поглощены общением, тихонько разговаривали, переходили от одного столика к другому, но не забывали наградить пожилую женщину аплодисментами после каждой части ее речи.
Когда его взгляд вернулся к дверям зала, незнакомки, похожей на Анджелу, уже не было. Скорее всего она увидела все, что хотела… и ушла.
Кланси поймал себя на том, что хочет встать и догнать ее – в том случае, разумеется, если это была Анджела, а не кто-то другой.
– Проклятие… – пробормотал он себе под нос.
Анджела заметила, что Кланси Морган весь вечер смотрел в ее сторону, но надеялась, что он не узнал ее. К сожалению, она не придумала заранее, что будет делать и говорить, если он подойдет, поэтому обрадовалась, когда Кланси сел рядом со своими знакомыми и завязал разговор. Несколько раз он бросал на нее заинтересованные взгляды. Хорошо зная Кланси Моргана, Анджела предполагала, что после окончания вечера он решит разыскать ее. Такие люди, как Кланси, не могут просто спросить у девушки, как ее зовут. Кланси, конечно, предпочел бы, чтобы она сама назвала свое имя, да еще и сидя у него на коленях. Она решила не попадаться ему на глаза, во всяком случае, до начала концерта. Сейчас у нее не было времени думать о Кланси: микрофоны уже стояли на сцене, колонки и усилители расположились рядом, вся аппаратура была настроена, а оркестр Анджелы – пять девушек – переодевался в автобусе, нанятом для гастролей.
– Ты видела Кланси? – спросила Бонни, когда Анджела открыла дверь автобуса. – Он здесь?
– Да, – быстро ответила Анджела. – Как всегда, невероятно красив, дорого одет и доволен собой, по-моему, даже больше, чем раньше. У него это на лице написано.
– Вот как… Мне кажется, мелодия любви прозвучала фальшиво… – промурлыкала Пэтти. – Постойте-ка, хорошее начало для нашей новой песни! Это надо записать. Может быть, сейчас на меня снизошло вдохновение, которое было нам так нужно все эти годы. Если бы у нас была песенка с такими словами, мы могли бы неплохо выступить в Нашвилле.
– Ну да. Особенно сейчас, когда мы решили закончить гастроли, – печально вздохнула Сьюзен.
Анджела показала подругам язык и начала переодеваться. Она сняла облегающие джинсовые шорты, стащила через голову коротенький вязаный той и взяла с вешалки белое шелковое платье в японском стиле, поясом для которого служил длинный газовый шарф.
– Девчонки, я даже не знаю, что бы делала без вас! Только настоящие друзья могут играть всю ночь, когда все остальные едят и веселятся. Ну, ничего, мы им покажем! Вы ведь знаете, как это важно для меня. Спасибо вам!
