Подъезжая к дому, он обнаруживает, что пикапа на дорожке нет. Опять его жену понесло по блошиным рынкам и гаражным распродажам. Значит, сегодня суббота. Дженсон потерял счёт дням. Соня пытается утопить горечь разбитых иллюзий в охоте за всякими безделушками и старинной мебелью. В лаборатории не появляется уже несколько недель. Такое впечатление, что в свои сорок один она потеряла интерес к медицине и ушла на пенсию.
Входная дверь не заперта. Соня, нельзя быть такой беспечной. Однако через несколько секунд, когда Дженсон входит в гостиную, ему недвусмысленно дают понять, что жена здесь ни при чём. Кто-то бьёт его по голове одним из Сониных сокровищ потяжелее. Он падает. Оглушённый, но в сознании, учёный поднимает глаза и видит лицо того, кто на него напал.
Да он совсем мальчишка, ему лет шестнадцать, не более! Один из «дикарей», о которых трубят СМИ. Отщепенец, побочный продукт современной цивилизации. Длинный, тощий, глаза пылают злобой... Удар, нанесённый хозяину дома, похоже, дал выход эмоциям подростка, но очень незначительный.
— Где бабки? — орёт парень. — Выкладывай, где сейф?
Дженсон едва не разражается хохотом, несмотря на боль в голове:
— Нет здесь никакого сейфа!
— Не вешай мне лапшу! В таком доме, да чтоб без сейфа?!
Поразительно, как можно быть одновременно столь опасным и столь наивным. Но опять же — давно известно, что невежество и слепая жестокость идут рука об руку. Подчиняясь внезапной мрачной прихоти, Рейншильд достаёт из кармана медаль и бросает её грабителю:
— Вот, возьми. Золотая. Она мне больше ни к чему.
Подросток ловит медаль. На его руке не хватает двух пальцев.
— Врёшь ты всё! Ни фига это не золото!
— Ладно, — соглашается Рейншильд. — Тогда убей меня.
Грабитель вертит медаль в руках.
— Нобелевская премия? Ну да, как же! Небось, фальшивка.
— Ладно, — повторяет Рейншильд. — Тогда убей меня.
— Заткнись! Я не убийца, понял? — Подросток оценивает вес добычи. Рейншильд садится на полу; голова его по-прежнему кружится после удара. Наверняка сотрясение мозга. Впрочем, ему всё равно.
Парень оглядывает гостиную, полную всяческих наград и почётных грамот, полученных Дженсоном и Соней за научные достижения.
— Если настоящая, то за что? — спрашивает парень.
— Мы изобрели расплетение, — говорит Рейншильд. — Хотя в тот момент мы об этом не подозревали.
Подросток скептически усмехается:
— Ну да, так я тебе и поверил!
Юный преступник мог бы забрать свою добычу и уйти, но он этого не делает. Стоит, топчется на месте...
