Во Владикавказе вам следует разделиться на две группы. Анастасия и Василий Иванович как родственники одна группа, а вы Горин — вторая. В аэропорту полно таксистов, которые предлагают свои услуги. Каждая группа по-отдельности возьмет себе машину и доедет до Тбилиси, где уже на автовокзале Ортачала, это центральный автовокзал столицы, вы все встретитесь с нашим связным.
— Как мы узнаем вашего человека? — поинтересовался Горин.
— Он сам вас найдет, — ответил бритоголовый. — Ждите возле центрального входа. Еще вопросы есть?
Вопросов больше не было.
— Раз так, вам час на то, чтобы привести себя в порядок. Сумки с ручной кладью, в которой будут необходимые для вас личные вещи получите в аэропорту.
Кстати, хочу сообщить вам, что всяческие контакты с родственниками на время операции запрещены. Это я вам говорю к тому, чтобы вы, как только окажетесь на свободе не стали названивать в Нерюнгри или куда-нибудь еще. Не занимайтесь самодеятельностью и все будет хорошо.
Перед вылетом вам каждому выдадут по мобильному телефону для связи. Все мобильники запрограммированы таким образом, что звонить с них вы сможете только друг другу. Даже экстренные звонки в полицию или в скорую помощь по ним совершить нельзя.
Настя открыла конверт и вытащил из него билет на самолет и пачку рублей на половину с лари. Красные пятитысячные русские купюры резко контрастировали с желтыми грузинскими двухсотками.
— Ого, — девушка была ошарашена таким количеством банкнот, — это вообще большая сумма? Я в грузинских деньгах не понимаю.
— Большая. Очень большая, — Реброву достаточно было одного взгляда на внушительную пачку денег, чтобы понять, что военная разведка на командировочные расходы не поскупилась.
Так как никаких вещей у них при себе не было, то и собирать было нечего. Быстро умывшись и совершив туалет, группа была готова к поездке. Каждому снова одели светонепроницаемые мешки на голову и через сеть коридоров вывели на улицу, где усадили в микроавтобус. Не понятно сколько пленники колесили по городу, где-то час или полтора, прежде чем они доехали до места назначения.
Когда с Реброва сняли мешок то он увидел, что он и его друзья сидят в микроавтобусе, а за окном виден терминал «В» аэропорта Шереметьево. Вместе с ними в машине, кроме водителя, находились двое незнакомых ему людей в черных деловых костюмах. По все видимости это были сопровождающие. Один из людей в черном снял шлем с головы Реброва. Другой расстегнул наручники, которыми были скованы руки Горина.
Если Горин с нескрываемым удовольствием повел плечами, размял руки в суставах, а затем стал растирать натертые наручниками запястья, то у Реброва была совсем другая ситуация. Снятие головного убора не доставило ему большого удовольствия. Скорее даже наоборот. Едва шлем был снят как какофония разных звуков, слов и фраз накинулась на его мозг как голодный хищник на дичь.
Поначалу у Василия Ивановича закружилась голова и на мгновение потемнело в глазах. Затем он на удивление быстро пришел в себя восстановив контакт с реальностью и сразу же стал прислушиваться к мыслям водителя и сопровождающих лиц. Однако военная разведка знала свое дело и направила на исполнение задания людей, которые не владели какой-либо полезной информацией. Водитель и парни в черном были больше озабочены своими бытовыми проблемами чем подопечными, которые сейчас находились рядом с ними в микроавтобусе.
Ребров, Горин и Настя вышли из машины. Водитель открыл багажник и достал оттуда три черных дорожных чемодана на колесиках похожих друг на друга как две капли воды. Каждому из своих пассажиров он выдал по чемодану, причем Василий Иванович не смог понять, как он определил где чей багаж. Или может наполнение у них было одинаковое. Так называемый набор путешественника на все случаи жизни.
Один из людей в черном вынул из кармана три кнопочных телефона без маркировки фирмы производителя и раздал их своим подопечным. Все эти действия происходили молча без слов. Со стороны могло показаться, что машина привезла в аэропорт группу глухонемых пассажиров, причем провожающие лица также страдали отсутствием слуха и речи.
Регистрацию и паспортный контроль прошли быстро без задержек. До посадки на самолет оставалось еще около получаса, и друзья по несчастью уединились в зале ожидания заняв места подальше от остальных пассажиров.
— Здесь, я думаю, нас никто не прослушивает, — первым высказался Горин.
Василий Иванович кивком головы подтвердил, что полностью с ним согласен.
— Что будем делать дальше? — спросил Алексей. Он посмотрел на Реброва, а затем перевел взгляд на Настю. — Подчинимся или будем действовать по-своему?
— Подчинимся, но будем действовать по-своему, — ответил Василий Иванович. — Главное, чтобы ни случилось держаться друг друга. Надо быть постоянно на связи и не теряться. Помните, только вместе мы сможем выбраться из этой передряги.
