— Райдер...
— Мэдди, прости меня. Мне чертовски жаль, — расстроено произнес он. Его голос оказался таким хриплым и надломленным, что меня начало разрывать изнутри. — Ты и этот ребенок — смысл моей жизни, и я никогда вас не отпущу.
Он наклонил голову, отчаянно впиваясь в мои губы. Его губы и настойчивость брали надо мной верх и доказывали, что он никогда не позволит мне уйти.
Вновь ожило желание, перекрывая воспоминания о нашем раннем обмене любезностями. Все то же желание, что выходило из-под контроля, стоило нам только оказаться рядом, заставляющее вспыхивать от каждого его прикосновения. Он стал моей зависимостью, которую невозможно утолить или найти другое лекарство.
Его ладони потянулись к моей голове, обнимая, поцелуй стал мягче. А через секунду он отстранился. Он посмотрел на меня, и столько всего было в этом взгляде. Волнение, неуверенность. Даже какое-то отчаяние, которого я никогда не замечала в нем.
— Прости меня, — прошептал он, в то время как его руки запутывались в моих волосах. — Прости, пожалуйста.
Я понимала, что не смогу сопротивляться. Сколько бы мы ни ругались, я всегда буду любить его. Вот так вот все просто.
— Прощаю. Сейчас и всегда, — сказала я, наблюдая, как его взгляд возвращается к моим губам.
Он снова потянулся ко мне, неистово впиваясь в губы. Как настоящий дикарь, он сорвал с меня куртку и шарф, раскидывая в коридоре. Как только с ними было покончено, он уперся руками в стену позади меня, заключив меня в ловушку своего сильного тела.
Когда его язык ворвался в мой рот, я потянулась к поясу его джинсов. Дернув, притянула к себе, мне хотелось быть максимально ближе к нему. Он подчинился, осторожно вжимаясь в меня.
Его язык пришел в движение, словно пробуя меня изнутри. Я встретила его своим языком, затем немного втянула его, на что его рука непроизвольно сжала мои волосы. Так же сжимая волосы, он вынудил меня запрокинуть голову, от неожиданной резкости я ахнула. Он оторвался от моих губ, спустился с дорожкой из поцелуев к шее, оставляя влажный след. Заставляя внутри все вспыхивать.
У меня вырвался стон, когда его губы спустились еще ниже к яремной впадинке. Я прикоснулась к его твердому животу, пока он ласкал и пробовал мою кожу.
Стоило мне коснуться, как он зашипел и крепче сжал руки у меня на волосах. Его губы вернулись к моей шее. Пробуя. Лаская языком. Втягивая в рот, словно никак не мог насытиться.
— Ты сказала, что все кончено, — шепнул он мне в шею, посылая этим табун мурашек. — Но этому не бывать.
Он снова прижался к моим губам. Призывая открыть рот. Я подчинилась, желая отдать ему все и даже больше. Он навсегда мой, что бы там ни было — он мой.
— Ты и я, навсегда, — хрипло произнеся мне в губы, он отпустил мои волосы и начал расстегивать рубашку. — Вместе.
Когда он расстегнул последнюю пуговичку, я ощутила на груди холодный воздух. Я поежилась, но его теплые руки тут же пришли на помощь, заставляя кожу пылать. Защищая.
Рукой он обхватил мою грудь, она так поместилась в ладони, будто была вылеплена под него. И как и в самый первый раз, я ахнула и покраснела, едва его палец погладил сосок, заставляя дернуться в крике желания каждый нерв.
— Они стали чувствительней? — спросил он и еще раз провел пальцем по соску.
— Да, — едва выговорила я, сердце забилось так быстро, что я мало что соображала.
— Это хорошо, — прорычал он.
И, неожиданно опустив голову, вобрал мой сосок в рот.
Запрокинув голову, я закричала. Его язык запорхал в ласке. Его рука обхватила мою грудь, нежно сжимая, в то время как он втягивал в рот мой сосок. Второй рукой он расстегнул мои штаны и стянул их вместе с трусиками.
Я потянулась руками к его голове, притягивая еще ближе и отпихивая остатки одежды. Когда он переключил свое внимание на другую грудь, я просто вцепилась в его волосы. Его стон пришелся ровно на сосок, и меня будто током пронзило.
Я оказалась на грани сумасшествия от удовольствия, когда он выпустил мою грудь. В темноте он встретился со мной взглядом. Я видела его голод, отчаянное желание погрузиться в меня. Осознав, что он едва держится, я попыталась притянуть его к себе.
Воспротивившись, он перехватил мою руку. И опустил ее на свой пах. Сердце забилось, когда я пальцами ощутила, насколько он тверд и готов.
— Почувствуй, насколько нужна мне, Мэдди, — сказал он, опуская поверх моей руки свою. — Каждый раз, когда ты рядом. Каждый раз, когда я думаю о тебе, выходит вот так. Он твой. Забирай.
От понимания, чего он хочет, во рту увлажнилось. Нервничая, я начала расстегивать его джинсы. Он стоял молча, наблюдая за тем, как я расстегиваю ширинку. Прикусив губу, я просунула руку и обхватила его. Как тщательно выдрессированное, мое тело подпрыгнуло в ожидании.
Его руки снова уперлись в стену. Я водила рукой по всей длине: вверх и вниз; мне так нравилось ощущать его желание. Он резко втянул воздух и закрыл глаза. Ощутив, что контроль в моих руках, второй рукой я погладила напрягшиеся мышцы живота. Жар его тела опалял меня, пробегая по пальцам, поднимаясь по рукам и разливаясь дальше по всему телу.
