— Райдер? — Я надеялась, что хотя бы от звука моего голоса он придет в себя. Ведь раньше мне удавалось успокоить его таким образом. Так почему же сейчас не получалось?
Его пальцы уже переместились к моей ключице и ползли все выше.
— Райдер, приди в себя, — сказала я, все-таки поерзав.
Вдруг вместе с яростным рыком он сжал свои пальцы у меня на шее, с легкостью обхватив мое горло одной рукой. Я ощущала давление его пальцев на своей шее. Я вцепилась в его запястья и попыталась убрать от себя, но он быль сильнее меня, гораздо сильнее.
Я сделала единственное, что могла — закричала. Передо мной был не Райдер, а совершенно чужой человек. Одержимый мрачными демонами прошлого.
Я закрыла глаза, мечтая, чтобы все происходящее оказалось лишь сном. Я не хотела видеть его таким, не хотела ощущать подобных прикосновений. Я любила его. Как между нами могла встать жестокая война? Она не могла отобрать у меня моего мужчину.
— Райдер, прекрати, — выдавила я с опаской, что он сожмет пальцы сильнее. Но он лишь рыкнул. Все его тело просто пылало.
Я позвала на помощь и сразу же услышала топот из коридора. Спустя секунду, дверь спальни распахнулась и ударилась о стену.
— Какого черта! — закричал Кэш, ворвавшись внутрь. Гэвин и Броди последовали за ним, готовые к любой угрозе. Через несколько секунд Кэш оторвал от меня Райдера, отшвырнув на другую сторону кровати.
Я села, с ужасом наблюдая как Кэш, чуть ли не сев на него верхом, сдерживает Райдера.
— Что случилось? — спросил Гэвин, освещая фонариком кровать и пространство вокруг нее.
— Лихорадка вернулась! — оседая, отозвалась я, у меня потекли слезы. — Помоги ему!
Райдер продолжал бить кулакам направо и налево бросаться ударами, по-прежнему не контролируя себя, целясь Кэшу в голову. Когда Райдеру все-таки удалось скинуть с себя Кэша, на Райдера кинулся уже Броди.
Гэвин тоже бросился к ним, на ходу крикнув:
— Мэдди, уходи отсюда!
Я сомневалась, я не могла оторвать взгляд от Райдера, не могла уйти. Он крепко сцепил зубы, от боли он весь побелел. Но что пугало на самом деле, так это его глаза — в них царила пустота. Он растворился в своем кошмаре, сражаясь с невидимыми силами.
— Мэдди, уйди! — крикнул Гэвин, которому на глаза упали темные волосы.
Путаясь в простынях, я быстро вскочила с кровати. Меня едва держали ноги, такими ватными они стали.
— Держи его, Броди! — закричал Гэвин, когда Райдер начал метаться из стороны в сторону, крича что-то об убийстве и побеге.
Не в силах больше смотреть на это, я выбежала из комнаты. За спиной эхом раздавались крики Райдера, они наполняли меня болью и разрывали изнутри. В коридоре я промчалась мимо одетой во фланелевую пижаму, теплую куртку и шерстяную шапку Дженис. Она бросилась ко мне.
— Райдер? — спросила она, запыхавшись.
Я оцепенело кивнула и застыла в темноте коридора. Краем глаза заметила, как мимо помчался Роджер. Когда передо мной остановилась Ева, чтобы узнать, в порядке ли я, ответ пришлось из себя выдавливать.
Привалившись к стене, я опустила руку на свой уже немного округлившийся живот. Темнота в доме поглощала, оставляя лишь холод и одиночество. Я абстрагировалась от звуков, вырывающихся из спальни, ночных кошмаров и боли. Прикрыв глаза, я заставила себя делать глубокие вдохи через нос.
— Все хорошо, — убеждала я ребёнка и себя саму. — С тобой все будет хорошо. И он будет в порядке.
Я очень на это надеялась.
***
Часом позже меня потрясли за плечо, в попытке разбудить. Я с трудом разлепила глаза.
Он сидел рядом со мной на диване, такой высокий и широкоплечий во тьме комнаты. Но я знала, что это не Райдер. Мое тело не трепетало, а сердце не ускоряло бег, как в те моменты, когда мы вместе.
— Ты в порядке? — спросил Гэвин, глядя на меня в темноте.
Я села, подобрав под себя ноги, и убрала с глаз волосы.
— Ага, — прикоснувшись к нежной коже шеи, ответила я.
— Уверена? Синяки остались? — спросил он, наблюдая за мной.
— Нет. Он схватил меня за шею, но ничего более. Его будто что-то останавливало.
Уперев локти в колени, Гэвин устало выдохнул:
— Лихорадка вернулась.
— Швы не разошлись? — спросила я.
— Нет.
— Это был один из его кошмаров, — произнесла я в попытке убедить Гэвина и саму себя.
— Знаю. Я разговаривал с мамой... Нам кажется, что у него ПТСР, Мэдди. У него все симптомы. Кошмары, галлюцинации. Вспомни, что было с Евой, когда она только вернулась? Да только подумай — Райдер и так не подарок, а вкупе с избиениями и голодным истощением... Такое кого угодно сломает. Даже Райдера.
— А может, все дело в лихорадке? Днем же все было хорошо. Даже после того, как он узнал об усыновлении, — предположила я.
— Да какое хорошо? Когда ты заснула, он... ну... он был не в себе. Домой пришел отец и захлопнул за собой дверь. Полагаю этот звук и запустил механизм. Райдеру он мог напомнить звук выстрела. У него взгляд стал безумно диким. Мэдди, таким я его никогда не видел, — расстроено произнес Гэвин.
