Та отрицательно покачала головой. Как тут уснуть, когда едешь на встречу к своей судьбе. Несмотря на то, что внешне Зори старалась держаться, сердце в ее груди билось так, будто было крохотной птичкой, угодившей в силки.
– Ладно, не буду настаивать, – ответил Дэвид.
В машине снова стало тихо. Вскоре отец задремал, а вслед за ним закрыла глаза и мама. К Зори сон не шел. Она уставилась в окно и от нечего делать принялась рассматривать пейзаж вдоль дороги.
Чем дальше они отъезжали, тем более дикой становилась природа. Постепенно на смену открытым цветочным плантациям и комплексам с аккуратными теплицами, пришли совсем другие виды. Теперь вплотную к дороге подступали заросли древовидных кустарников с вытянутыми зелеными листьями. Дикорастущий гибискус, усыпанный розовыми и красными цветками. Желтый и белый жасмин. Какие-то деревья с крупными соцветиями фиолетового оттенка, названия которых Зори не знала. И растение, что она, наконец, вспомнила. Тиаре! Венок из его белых цветков с желтой серединкой девушка надевала вчера на похоронах.
Сразу за кустами начинался тропический мангровый лес. Из окна автомобиля Зори видела зеленые макушки пальм, лианы, а кое-где в прогалинах торчал высокий папоротник. Девушка остро ощутила, что ее по привычке потянуло на природу. Рассмотреть это райское местечко поближе и заодно побыть одной. Утомленная похоронами бабушки, известием о скором замужестве, переживаниями о мистере Найтли и жарой, через час с небольшим она все-таки уснула, а проснулась от звука чьего-то высокого и восторженного голоса.
– Бедняжка, наверно, так утомилась в пути! – где-то совсем рядом заботливо причитал он. – Хорошо, что вы приехали пораньше. Ужин через час, успеете освежиться. Надеюсь, Зори тут понравится.
Услышав свое имя, девушка разлепила глаза. Оказывается, ее так разморило, что она съехала на сиденье и теперь почти лежала на кожаных подушках. Кое-как размяв затекшее тело, Зори открыла дверь «Кадиллака» и выбралась наружу. Прежде чем она успела что-либо сказать или сделать, откуда-то сбоку на нее налетел мини-ураган. За долю секунды воздух рядом заколыхался, а потом чьи-то теплые и мягкие руки бесцеремонно сгребли ее в охапку.
– Я – Лорелейн, сестра Блума, но ты можешь назвать меня Лорой, – затараторил прямо Зори в ухо тот же голос, который ее разбудил.
Наспех освободившись от объятий новой знакомой, Зори сделала пару шагов назад. Лора оказалась молодой, пышнотелой брюнеткой с круглым лицом и огромными карими глазами, блестевшими от нервного возбуждения и переполнявшей ту энергии. На вид она была старше Зори, но излучала такой детский восторг, что казалась совсем юной.
– Прости, если напугала, – продолжила Лора, не дав Зори прийти в себя, – я просто очень рада тебя видеть! У нас только и разговоров что ты, наконец, приедешь. Персонал с ног сбился, пока готовил дом к этому событию! Ну, там комнаты в порядок привести, распорядиться насчет ужина, расставить свежие цветы, выбить матрасы и все такое. О! – она вдруг подскочила на месте, чем заставила Зори вздрогнуть, – чуть не забыла! Блум велел, когда приедешь, перво-наперво показать тебе это.
Ни капли не смущаясь, Лора подскочила к Зори и резко развернула на сто восемьдесят градусов, так, чтобы та увидела что-то за своей спиной. Когда взгляд, наконец, сфокусировался, Зори обомлела. Вплоть до самого горизонта перед ней простиралось колыхающееся поле ярко-красных маков, а прямо за ним клонилось к закату огромное золотое солнце.
– Бог ты мой, – прошептала Зори. – Как похоже на то место, которое мне снилось по дороге в аэропорт!
– Нравится? – улыбнувшись, спросила Лора, показав крупные белые зубы. – У нас тут повсюду дурман-цветы. Местные называют их поппи. Когда-то специально выращивали, а теперь они заполонили все окрестности вроде сорняков. Блум решил, ты должна начать осмотр с них. – А теперь, – проворно скомандовала она, – в дом!
Не успела Зори опомниться, как будущая золовка настойчиво потянула ее за собой. С трудом оторвав взгляд от маков, Зори посмотрела вперед и снова оторопела. Поместье Найтли оказалось огромным старинным замком. Небо пронзали высокие шпили острых башен. Серый, потемневший от времени фасад пестрел резными каменными барельефами. Узкие арочные окна кое-где украшала цветная стреляная мозаика. А вокруг территории шла высокая кованая ограда. Хотя по слову «поместье» в письме Блума можно было предположить что-то величественное, в таком месте Зори бывать еще не приходилось.
– Дамы, после вас, – галантно произнес Дэвид.
Все это время родители стояли рядом и молча наблюдали за бурным проявлением чувств Лоры.
– Славная девушка, да? – шутливо шепнул отец, когда все четверо поднимались по широкому полукруглому крыльцу с двумя лестницами в разные стороны.
– Да уж, – в тон ему ответила Зори, стараясь унять мандраж.
