Настоящее обещание нельзя нарушить. Даже смерть не разорвет договора между двумя сердцами. Вторая мировая в разгаре. Маленькой девочке нужно не только выжить, когда всё вокруг против, но и не забыть, кто она такая.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Йоахим фон Аугсбург помнил свою присягу на верность Адольфу Гитлеру: «Клянусь перед Господом Богом беспрекословно подчиняться вождю Германской империи и всего немецкого народа, верховному главнокомандующему вооружённых сил Адольфу Гитлеру и, будучи храбрым солдатом, с готовностью отдать свою жизнь во исполнение данной клятвы». Но было это в 1934 году, когда Красная армия казалась лишь далёким призраком, угрозой, которая ещё не обернулась яростной военной машиной из плоти, крови и металла. Йоахим фон Аугсбург дал клятву десять лет назад и с тех пор верно служил фюреру каждой клеточкой своего существа. В его характере была властность, аккуратность и точность. Этим отличались все члены особых карательных отрядов СС – Айнзацгрупп. Он отдал должное службе, начав карьеру унтерштурмфюрером СС в 1933 году, постепенно взбираясь по лестнице всё выше и выше и достигнув звания оберфюрера незадолго до начала Второй мировой войны.
Йоахим фон Аугсбург носил это звание уже четыре года, тогда как младшие собраться по СС успели дорасти до генералов. Мечты были раздавлены русскими. Если бы его не отправили в Прибалтику с постыдным заданием ликвидировать в Литве всех недочеловеков, появился бы шанс сражаться как истинный арийский воин. В глубине души оберфюрер знал, что представься ему возможность проявить отвагу в настоящем бою, он мог бы удостоиться Большого Железного Креста. А что докажешь в Вильнюсе, охотясь за крысами в человеческом обличии?
На три года Вильнюсское гетто стало владениями Йоахима фон Аугсбурга. Под его личным руководством и с божьей помощью на подконтрольной фашистам территории Рейхскомиссариата Остланда сорокатысячное население еврейского гетто было сведено практически к нулю. Но человек, одержимый мелочами, не мог успокоиться, не достигнув безупречного результата. Оставалось ещё несколько сотен выживших. Они скрывались главным образом в лесах, окружавших город, объединялись с советскими партизанами и изредка находили убежище у сочувствующих местных жителей. Оберфюрера охватывало неодолимое чувство опасности, стоило лишь представить, как однажды еврейский партизан встретит немецкого солдата на равных, лицом к лицу и с винтовкой в руках.
Вечерний дождь вперемешку со снегом бил с восточной стороны. Литовский патриот Мантас, по щиколотку в ледяной грязи, держал зонт над Йоахимом фон Аугсбургом, стоявшим на специально подготовленном деревянном настиле. Офицер СС всячески избегал контакта с грязью, окружавшей ров. Копали его для тех, кого коснулось окончательное решение еврейского вопроса. Унылый ноябрьский день приближался к вечеру. А до наступления сумерек нужно ещё уничтожить сто двадцать врагов Третьего рейха. Так что ров должен вместить всех мёртвых и метровый слой земли. Йоахим фон Аугсбург считал совершенным варварством беспорядочный отстрел людей из пулемёта и неизбежную асимметричную свалку трупов в канаве. Этим славились бойцы украинской дивизии СС «Галичина» и готовые на всё литовские добровольцы. И те и другие быстро справлялись с грязной работой. Однако в присутствии Йоахима фон Аугсбурга, даже под угрозой нападения Красной армии, освобождавшей Прибалтику, все массовые расстрелы проводились методично. В конце концов, Йоахим фон Аугсбург был арийцем, а не фанатичным украинским человечишкой второго сорта, готовым ради своих целей стать подмастерьем высшей расы.
