Вот настоящая причина ее беспокойства, поняла Клэр. Она с абсолютным спокойствием могла бы предстать перед толпой родственников, если бы только была уверена в любви Макса. Все эти люди будут наблюдать за ней, оценивать, как происходило перед свадьбой с Джефом. Как она впишется в такое семейство, настолько огромное и многочисленное, но странным образом закрытое для всех остальных? Ей всегда было нелегко заводить друзей, а все его многочисленные родные казались очень приветливыми и общительными людьми. Как они смогут понять, насколько трудно ей подпускать к себе кого-то очень близко? Они решат, что она равнодушная и недружелюбная? Ее руки стали ледяными, и она сжала их вместе, чтобы согреть.
Табличка «Не курить» вспыхнула над головами, в груди Клэр образовался огромный комок, заставивший ее быстро и неровно вдыхать большие глотки воздуха. Макс не замечал ее беспокойства, он предвкушал встречу со своими родными, ожидание заставило сверкать глаза, как драгоценные камни в голове золотого божества.
В Хитроу царил настоящий ад, толпы улетающих и прилетающих на летних отдых переполняли аэропорт. Вся эта суматоха никак не повлияла на безукоризненные манеры Макса. Он поднял палец и подозвал носильщика, когда последняя вещь из их багажа появилась на движущейся ленте, в этот момент раздался радостный повторяющийся крик: «Макс! Макс!», — перекрывающий всеобщий шум.
Он повернулся, и улыбка озарила лицо.
— Вики!
Макс протянул руки, и высокая белокурая женщина просто прыгнула в них. Мужчина с восторгом обнял и поцеловал ее, раскачивая в своих объятьях. Потом освободил одну руку, чтобы потянуться и привлечь к себе Клэр.
— Клэр, этот бесенок — моя самая младшая сестра Виктория. Известная всем своим непослушным поведением. Вики, это Клэр Вестбрук.
— Это она немедленно прославилась, когда поймала в ловушку непутевого Максвелла Конроя, — поддразнила Вики и тепло обняла Клэр.
Клэр спокойно улыбнулась, почувствовав, что уже полюбила эту симпатичную молодую женщину. Явно виделось семейное сходство: высокий рост, те же золотистые волосы, но глаза лазурно-синие, а лицо не походило на скульптуру. Однако Вики была поразительной женщиной.
Макс представил сестре Альму и Хармона, потом Виктория последовала впереди них к выходу из аэропорта.
— Тебе поручили почетную обязанность встретить нас? — спросил Макс.
Его левая рука обнимала Клэр, за правую цеплялась счастливая Виктория.
— О, нет, я не единственный представитель, — легко ответила сестра. — Мама ждет вас в автомобиле; она не захотела пробиваться сквозь толпы людей, но и не смогла дождаться, пока вы доберетесь домой: ей не терпится познакомиться с Клэр.
Узел в груди Клэр, который немного расслабился от встречи с Викторией, теперь снова разбух и поднялся к горлу. Мать Макса! В пути он рассказывал о ней, и Клэр знала, что он обожал мать и, само собой разумеется, та обожала его. Да и какая женщина не стала бы?
— Мы приехали на двух автомобилях, чтобы поместился весь багаж, — пояснила Виктория, улыбаясь Клэр и ее родителям. — Мама настаивает, чтобы Клэр и Макс ехали с ней, если вы не возражаете. Я по-настоящему безопасный водитель.
— Правда? — спросил Макс, выглядя удивленным.
— Конечно, мы не возражаем, — ответила Альма.
Когда они подошли к стоянке, мужчина в темном костюме открыл дверь черного «Ягуара», и оттуда вышла высокая стройная изящно одетая женщина.
— Макс! — позвала она и помахала рукой, потом, забыв о достоинстве, побежала ему навстречу.
Макс засмеялся, оставил Клэр и Викторию и помчался через бетонированную площадку. Он обхватил женщину руками и крепко обнял.
— Яркая демонстрация знаменитой британской сдержанности, — шутливо заметила Виктория. — Любой из нас всегда настолько счастлив снова увидеть Макса, что мы превращаемся в абсолютных дурачков, но никто не может устоять перед ним, правда?
— Вообще никто, — подтвердила Клэр, наблюдая за ними.
Так это его мать? Эта прекрасная, совсем молодая женщина, с гладким узлом белокурых волос, только начинающих седеть?
Прежде чем она смогла взять себя в руки и изменить воображаемый образ седой степенной матроны на такую изящную женщину, Макс подошел к ней, держа мать под руку.
— Мама, моя будущая жена, Клэр Вестбрук. Дорогая, это моя мама — леди Алисия Конрой, вдовствующая графиня Хейден-Прескотт.
Леди? Графиня?
Клэр оцепенела. Потом как-то сумела улыбнуться и пробормотать что-то соответствующее. Всеобщий энтузиазм восторженных поздравлений продолжался, пока Альма приветствовала леди Алисию, с которой имела несколько длинных телефонных бесед. Мать Макса улыбалась очень тепло и, казалось, искренне восхищалась происходящим. Через несколько минут багаж разместили в автомобилях и все устроились на своих местах: Альма и Хармон в синем «Мерседесе» Виктории, а Макс, Клэр и леди Алисия в «Ягуаре», которым управлял шофер по имени Саттон.
— Толпа родственников уже начала прибывать? — спросил Макс, улыбаясь матери, зеленые глаза которой сияли ему в ответ.
