— Да. Я не слишком вникал, но, кажется, это её дочь. Как сказала мне Мильна, она управляет домом Наамбры, которой принадлежит весь этот город.
— Никогда бы не подумала, что попаду в город Наамбры!
— Так вот, вокруг того дома разбит сад, где выращиваются травы для зелья.
— Действительно, город колдунов!
— Скорее, колдуний.
Девушка села.
— Может, отвернёшься? Я хочу одеться.
Принц, насвистывая, отошёл к двери, сделав вид, что внимательно рассматривает щербинки на её поверхности.
— Маркус, не надо ломать комедию! Говорить я тебе не запрещала.
Она вылезла из-под одеяла и быстро натянула на себя штаны и рубашку.
Накинув на плечи шерстяной платок (он висел на спинке стула), девушка весело сказала:
— Можешь поворачиваться. И оставь в покое дверь!
Маркус обернулся и, окинув её придирчивым взглядом, заметил:
— Ты в этом замёрзнешь. Давай я принесу тебе шерстяную безрукавку? Кажется, у тебя было что-то подобное.
— Ты, что, рылся в моих вещах? — притворно ужаснулась принцесса.
— Вовсе нет. Делать мне больше нечего! — обиженно пробурчал принц.
Стелла рассмеялась и, стуча по полу босыми пятками, подбежала к нему.
— Сумасшедшая, ты же простудишься! — укоризненно заметил Маркус, взглянув на её ноги.
Она расхохоталась, схватила его за руки и завертела по комнате.
— Зануда Маркус! — заливаясь звонким смехом, повторяла принцесса.
У обоих закружилась голова, и они, смеясь, повалились на кровать.
— И всё-таки, ты так замёрзнешь, — сдерживая хохот, заметил Маркус.
— Так принеси мне что-нибудь. Где моя сумка?
— У меня.
— Бессовестный! — Она, шутя, толкнула его здоровой рукой в грудь. — Он уже и вещи мои себе присвоил.
— Да принесу я их! Нужны мне девчоночьи тряпки…
— Вот и неси. Одна нога здесь, а другая там.
Стелла попыталась спихнуть его с кровати, но тут раненное плечо напомнило о себе. Она поджала губы и молча переждала, пока боль утихнет.
— Очень болит? — с участием поинтересовался принц.
— Нет, не очень. Вчера было намного хуже. А ты что сидишь? — встрепенулась девушка. — Кто-то обещал принести мне вещи.
Маркус соскочил на пол и поспешно скрылся за дверью.
Мильна запрещала Стелле выходить из дома, принц же не мог целыми днями сидеть в четырёх стенах, поэтому решил прогуляться. Когда он вышел на улицу, раздумывая над тем, куда ему пойти, его окликнула Шемма:
— Маркус, Маркус, подойдите сюда, пожалуйста!
Принц неторопливо направился вверх по улице к дому Льлеи.
Шемма стояла у ворот и поправляла подпругу своего пони; судя по притороченным к седлу корзинам, она собиралась на рынок. Бросив взгляд на входную дверь, Маркус заметил Льлею. Она стояла спиной к нему, озабоченная, в чёрной длинной юбке, белой рубашке со стоячим воротником и вязаной кофте пастельных тонов. Волосы были собраны в пучок на макушке.
От неё веяло теплом и уютом, быть может, потому, что он не видел её лица, не видел её полуулыбки, полуулыбки ведьмы. А так она не ведьма, а просто девушка, закрывающая дверь.
Льлея обернулась и, подобрав подол (сколько женственности виделось Маркусу в её жесте), спустилась с крыльца.
— Очень хорошо, что Вы здесь, — улыбнулась она, заметив принца. — Поможете Шемме. Надеюсь, у Вас есть лошадь?
— Да. — Он хотел тут же броситься назад, за Лердом, но Шемма, смеясь, удержала его.
— Успеете, я ведь не тороплюсь.
Не торопиться… Поздновато, всё же, для рынка.
— Вовсе нет, — словно прочитав его мысли, — возразила Льлея и подошла к большой двустворчатой двери в левой части уличного фасада. — Рынок не пустеет до полудня, а сейчас только девять.
Она внезапно засмеялась и обернулась к нему:
— Помогите мне, молодой человек! Как-никак, Вы мужчина и лучше справитесь с лошадью.
Ничего не понимая, Маркус пересёк пространство, разделявшее дом и забор. Льлея открыла створки и посторонилась. За ними был… двор.
— Согласитесь, неудобно выводить лошадей через задний двор, — объяснила она. — Вот я и придумала этот маленький фокус. Правда, здорово?
Он кивнул и с опаской прошёл во двор. Он был небольшой, квадратный, зажатый между стенами дома и подсобными постройками.
Льлея открыла дверь конюшни и, войдя, плотно притворила ее за собой. Маркус хотел помочь ей, но голос из-за двери вежливо, но твердо отказался от помощи:
— Она не подпустит чужого, она испугается.
Льлея вернулась с взнузданной пегой лошадью, на спину которой были небрежно накинуты седло и потник.
— Помогите мне правильно затянуть подпругу, — попросила ведьма, — а то мне кажется, я каждый раз делаю что-то не так.
Маркусу ещё ни разу не приходилось выступать в таком качестве: он шёл за Шеммой и покорно нёс её покупки. К счастью, девушка заранее подумала о списке приобретений и долго на рынке не задержалась. Среди её покупок не было ничего подозрительного, во всяком случае, до тех пор, пока она таинственным голосом не попросила принца подождать её возле старого навеса.
— Я на пять минут забегу к Гаяране, а Вы пока, если не трудно, уложите мои покупки.
Маркус покорно направился со своей ношей к серому пони Шеммы. Он сам себе удивлялся: почти два часа таскается за девчонкой, незнакомой девчонкой, и носит её покупки.
