Дом губернатора Оду стоял напротив храма на центральной площади — очередная банальность для провинциального городка. Окажись вы в любом лиэнском городе, даже с закрытыми глазами отыщите главные «достопримечательности». Создавалось впечатление, что некогда был разработан план идеального города, очевидно, Лиэрны, а после под копирку строили по нему другие города. Но даже копировать эти третьесортные строители умели плохо.
Стелла придала лицу выражение, подобающее королевской особе и громко постучала в парадную дверь. Открыл ей заспанный паренёк с всклокоченными волосами. Как ни странно, он узнал её — захлопал глазами и бухнулся на колени с радостным криком: «Ваше высочество!». Воодушевлённая этим принцесса тут же отчитала слугу за нерасторопность.
В главном доме города друзья пообедали так же сытно и вкусно, как во дворце Лиэрны; кони их были накормлены отборнейшим овсом.
Губернатор был мил и обходителен; ему было уже за сорок. Невысокий, но не тучный, с заострённым подбородком, в своё время, очевидно, он нравился женщинам, но его провинциальное обаяние испарялось с каждым годом. Обаяние исчезало, а привычки остались.
Губернатор во всём старался угодить именитым гостям. Узнав о том, что они собираются пересечь пустыню Шор, он покачал головой и с видом знатока сказал:
— Боюсь, вам не обойтись без проводника.
— И где нам его найти? — Стелла не по-королевски покачивала ногами под столом. У неё была такая привычка — пренебрегать этикетом перед теми, кто этого не заслуживал. «Зачем тратить на них время и силы, — рассуждала она, — если они и без этого ставят меня на недосягаемый пьедестал?».
— Я обо всем позабочусь, Ваше высочество. Я знаю одного надежного человека.
— Ну, и кто он?
Маркус был в ужасе: во время этого разговора он внимательно наблюдал за подругой и не заметил в её поведении почти ничего, подобающего королевской особе — вот и сейчас она говорила и жевала одновременно.
— Это помощник жрицы.
— Беззастенчиво пялится на мою шею! — мысленно подметила девушка и перестала раскачивать ногами. — Стареющий ловелас! Чего доброго, ещё ухаживать начнёт…
— Опять что-то связанное с храмом…. Говорите с ним сами.
— Но…
— Я сказала: сами, это ваша обязанность, — резко оборвала его принцесса и положила приборы на тарелку. — А теперь мы желаем отдохнуть.
Губернатор покорно встал, поклонился Стелле, воспринявшей это как должное, и ушёл, плотно притворив за собой дверь.
— Дурак! — прошептала девушка. Принц так и не понял, за что она так непочтительно отозвалась о своём подданном.
Вечер прошёл буднично и монотонно. Стелла, наслаждаясь комфортом, в привычном для взгляда придворном платье (как у истинной женщины, у нее обязательно имелось такое, уже пригодившееся в Деринге) ела мороженное и слушала хвалебные оды высшего света Оду.
День завершился скромным концертом, устроенным силами местных дам в честь высокой гостьи. Слушая их дребезжащее пение под аккомпанемент не менее посредственной игры на клавесине, Стелла снисходительно улыбалась, временами, склонившись к уху Маркуса, отпуская колкие замечания по поводу присутствующих.
А потом наступило утро.
Солнце медленно выплывало из-за Черпен. Далекие горы, терявшиеся в туманной дымке на горизонте, окрасились в розовые тона, десятки, а, может, сотни тончайших оттенков. Белые шапки Фори и Хурджин искрились в новорожденных лучах бессмертного светила.
Стелла проснулась в хорошем настроении и отправилась проведать Лайнес. Она знала, что Маркус уже побывал у Лерда и, стало быть, не сможет обвинить её в излишней заботе о лошади.
Во дворе принцесса увидела человека, прикорнувшего возле одного из сараев. Издали он показался ей неуклюжим подростком. Заметив её, он вскочил — и оказался не подростком, а нормальным взрослым мужчиной. Вероятно, Стеллу ввели в заблуждение его сложение и особенности утреннего освещения.
— Кто ты? — Девушка внимательно рассматривала незнакомца, размышляя над родом его занятий.
— Я помощник жрицы храма Фериарда.
Значит, это и есть тот самый обещанный провожатый. Какая предупредительность!
— Мне сказали, что Вам нужен проводник…
— И ты с радостью откликнулся, да?
— Жрица сказала, что я должен поехать, и я не мог…
— Хватит, я поняла! — оборвала его принцесса. — Как тебя зовут?
— Ирад.
— И ты действительно так хорошо знаешь пустыню, как о тебе говорят.
— Я не знаю, что говорят, Ваше высочество, но я провел там половину своей жизни.
— Это хорошо. Если не секрет, чем ты там занимался?
— Разными вещами, — уклончиво ответил он.
— Надеюсь, не противозаконными? — прищурилась принцесса.
— Разумеется, нет, Ваше высочество.
— Вот что, Ирад, завтра, часов в десять, я жду тебя на этом же месте. И только попробуй опоздать!
Стелла попыталась придать лицу недовольное, даже гневное выражение, но оно получилось смешным, таким, что даже Ирад улыбнулся.
Она и сама не знала, почему решила задержаться в этом городе, но что-то ее задержало. Видимых причин оставаться не было, но принцесса не уехала на следующее утро.
