Обещания, обещания… полностью

Это была ее первая работа, и она пришлась ей по душе. Янси вывела «мерседес» на автостраду и выехала на полосу быстрого движения, спеша к очередному клиенту.

У работы был единственный недостаток — приходилось подолгу ждать, и поначалу это было утомительно, но не прошло и недели, как она решила эту проблему с большой для себя выгодой: доставив какого-нибудь высокопоставленного чиновника или сотрудника из корпорации «Эддисон Керк» в указанное место и получив задание явиться часа через два или три, Янси занималась своими делами.

Она посещала музеи, художественные галереи, бывала в кино, останавливалась, чтобы заглянуть на минутку к друзьям, если случалось оказаться в радиусе двадцати миль, и даже однажды навестила мать, предусмотрительно сняв именной значок с фотографией и именем — Янси Докинс, — который полагалось постоянно носить на пиджаке форменной одежды.

У Янси не было и тени сомнения, что мать будет далеко не в восторге, узнав, что она не только ушла из дома отчима, но и подыскала работу. Она неоднократно пыталась завести разговор, что хотела бы заняться чем-нибудь, но это лишь приводило мать в ярость. И все же Янси сделала по-своему, но решила помалкивать и улыбнулась при мысли, что среди ее знакомых едва ли найдутся смельчаки, готовые вызвать на себя гнев ее матери, открыв ей правду.

Янси бросила быстрый взгляд на соседнее сиденье, где лежало ее служебное удостоверение. Не забыть бы прикрепить его, прежде чем заехать за сегодняшним высокопоставленным сотрудником, мистером Клементсом.

Она мчалась на большой скорости, радуясь тому, что работа сама нашла ее. Хотя, если уж быть точной, ее нашел для нее кузен Гревиль, ее троюродный брат.

Янси просто обожала его, так же как и другие двоюродные братья и сестры. Он быстро вошел в ее положение, зная, что Янси и впрямь хороший водитель, прекрасно ориентируется в обстановке, предвосхищая неожиданности, которые могли возникнуть на дороге.

И когда она все-таки решилась уйти из уютного дома, где жила с отчимом и его дочерью, то перебралась к тете Делии, матери Гревиля.

Янси, конечно, признавала, что ей не надо было одалживать Сюзанне Ллойд свою машину. Она и не дала бы, знай, что та перевернется и превратит ее в груду железа. Слава богу, что никто не пострадал. Но когда она рассказала все отчиму, Ральф Проктор, вопреки ожиданию Янси, что он будет обеспокоен поведением Сюзи, совершенно разошелся и начал читать ей, Янси, нотацию. Он негодовал по поводу того, что падчерица дает машину каждому встречному. Вот тебе и прекрасный отчим!

Янси восприняла бы выговор как должное, но, к несчастью, при этом присутствовала дочь Ральфа, Эстелла, которая заявила, что отец вряд ли купит Янси новую машину.

Огорошена была не одна Янси — отчим тоже был поражен реакцией дочери. Янси, не дожидаясь, пока он придет в себя и заговорит, гордо заявила:

— У меня и в мыслях этого нет! Мое содержание позволяет мне…

— Содержание, которое выплачивает мой отец! — язвительно напомнила ей Эстелла, — и Янси лишь молча уставилась на нее в изумлении.

— Я никогда не просила, чтобы мне выплачивали содержание, — попыталась парировать Янси выпад сводной сестры.

— Но ведь ты не прочь получать его? — продолжала нападать Эстелла, и Янси вдруг ясно поняла, что им будет тесно под одной крышей. Ей и в голову не приходило, что Эстелла так ее ненавидит!

— Впредь этого не будет, — тихо сказала девушка и направилась к выходу, не желая выслушивать, как отчим перенесет свой гнев на дочь.

— Право же, Эстелла! — донеслось до нее, когда она выходила из гостиной и закрывала за собой дверь. — Ты же прекрасно знаешь, что Янси более чем заслужила содержание, ведя все дела в доме.

— Подай объявление, что требуется экономка…

Янси не стала дожидаться продолжения. Оставаться здесь после этого? Никогда! И она направилась туда, куда она и ее кузины Фения и Астра шли в минуты радости и огорчений, — к тете Делии.

— Мне, по правде говоря, Эстелла Проктор никогда не нравилась, — призналась Делия Элфорд, выслушав рассказ Янси.

— Но ведь это правда. — Девушка старалась быть объективной. — Я и вправду брала у Ральфа деньги на свои нужды.

— Ты их заработала! — воскликнула Делия, безусловно знавшая о том, что четыре года назад после окончания школы-пансионата две кузины Янси пошли изучать бизнес в колледж, а ее Ральф Проктор буквально умолял остаться дома и взять на себя заботу о его чрезмерно большом доме; естественно, с согласия ее матери. — Ты знаешь, — продолжала она, — что с такой дочкой, как у него, так и выискивающей, к чему бы придраться, экономка и пяти минут в его доме не выдержит, а сама Эстелла вряд ли будет заниматься домом, ей на себя не хватает времени.

— Что же мне делать?

— А чего бы тебе хотелось?

Янси задумалась. Она обожала своего отчима, но…

— Мне не хочется возвращаться, — отчетливо произнесла она. — С Эстеллой всегда было непросто ладить, а уж после того, что произошло…