Казалось бы, так и должно быть. Это и есть настоящая любовь, когда все хорошее, что есть в нашей жизни, мы связываем с любимым человеком, потому и любим его. И чем больше всего будет нас связывать с ним, тем сильнее будет наша любовь к нему. А если и он благодаря нам будет испытывать много радости и счастья, и его тоже многое будет связывать с нами, то любовь наша окажется взаимной и очень сильной. Так что все вполне логично, чем больше всего другой человек даёт нам, тем сильнее наша любовь к нему. Это, можно сказать, простая и понятная формула любви. Когда мужчина для женщины не просто добытчик, а женщина для мужчины не только и даже не столько сексуальный партнёр, а гораздо большее, то и оснований для настоящей чистой любви больше. Но есть один нюанс, который как раз-таки и отличает любовную зависимость от любви.
Когда любовь начинает причинять нам вред, она становится проблемой для нас, и мы даем ей соответствующее определение, начиная считать ее зависимостью, подразумевая под этой зависимостью проблему, причиняющую любящему человеку определенный ущерб. Боль, страдания, переживания, безумные поступки, в том числе и на почве ревности, полное подчинение любимому человеку, который использует любовь к себе против любящего, — он начинает его эксплуатировать, издеваться над ним, использовать его. Вот в чем выражается любовная зависимость. От любви невозможно не зависеть, как невозможно не зависеть от еды, воды, кислорода, жилья, потому что мы во всем этом нуждаемся. Но когда потребление этих благ начинает доставлять нам проблемы, когда наше стремление к ним причиняет нам вред, мы говорим о зависимости. Зависимость для нас равняется проблеме, а проблему мы видим в том ущербе, который она нам причиняет. К примеру, переедание — это проблема, а наша потребность в еде нет.
Так вот, проблема зависимости от любви возникает тогда, когда вреда от этого великого и светлого чувства становится большее, чем пользы. А в каких случаях это обычно происходит? Когда любовь не взаимная и один партнер использует другого, пользуясь его любовью к себе. Когда любящий не доверяет тому, кого он любит, по разным причинам и когда он ждёт от любви партнера того, что тот дать не способен. Когда на отношения в настоящем накладывается опыт прошлых отношений, в частности проблемы и обиды из прошлого, и так далее. Здесь важна не причина, а то, как любящий человека её воспринимает. Если любовь превращается для него в боль и страдания, если он не может радоваться жизни благодаря ей, значит он не испытывает это чувство, а болеет им.
Максимум вреда и минимум пользы, либо ее полное отсутствие, вот что отличает любовь от любовной зависимости. При здоровой любви мы адекватно оцениваем любимого человека, видя в нем не только достоинства, но и недостатки, и ждем от любви к нему разумной отдачи. И любовь мы свою воспринимаем не только сердцем, но и разумом, понимая, что она должна вести к радости и счастью, а не к боли и страданиям. Пусть это звучит эгоистично, но мы вправе рассчитывать на нормальное отношение к себе со стороны того, кого любим. А любовная зависимость ослепляет любящего человека, она заставляет его видеть хорошее в плохом, идеальное в далеко неидеальном, из-за нее он позволяет любимому плохо обращаться с собой, считая это нормой, а в некоторых случаях и проявлением ответной любви. Иными словами, образ любимого человека при любовной зависимости становится для любящего неадекватно идеальным и значимым. Он видит в объекте своей любви совершенство, ради которого готов на все. Зависимость здесь проявляется так же, как и в любых других случаях, когда человек ради сомнительного удовольствия жертвует слишком многим.