— Спасибо, все в порядке, — поблагодарил он пижона и негритянку. — Вы спасли мне жизнь, и слава богу, что вы оказались рядом.
— Наверное, вам лучше лежать, — вмешалась какая-то дама в возрасте. — У вас ведь может быть сломана шея. И могут оказаться внутренние кровотечения. Вас нужно срочно отвезти к врачу. Здесь есть где-нибудь поблизости больница? И прекрати лакать ром, Герберт!
— Обычно мы здесь не ходим в больницу к обычным врачам, — морщась от боли, сказал Тре. Поднимаясь медленно и осторожно, он встал. — Я лучше схожу к хилеру.
— Как вы считаете, нам не нужно заявить об этом Гимми? — спросил пижон.
— С Гимми мы тут тоже не очень любим связываться, — ответил Тре, пытаясь улыбнуться. — Добро пожаловать в Санта-Круз.
Поговорив еще с минуту, люди вокруг него стали расходиться. Тре оглянулся в обе стороны Бич-стрит, потом внимательно посмотрел в сторону верфи, но нигде ничего уже не было видно. Мимо него в обе стороны шли люди. Вдали от причала отваливал прогулочный катер Перцесепов. Нигде не было заметно никаких признаков Моники, Такера или ДИМ-шин/змей.
До мотеля было всего два квартала, и Тре решил в первую очередь докатить до дома мотоцикл, прежде чем предпринять что-то еще. Голые колеса мотоцикла стучали по мостовой, в плече возле шеи Тре что-то хрустело, но он докатил мотоцикл до мотеля. Он вздохнул с облегчением, увидев, что Терри уже вернулась.
— Терри, я сломал плечо. Я угодил в аварию. Упал на дорогу с мотоцикла на полном ходу.
— Ох, Тре, какой ужас! Ты такой бледный! Как это случилось?
— Я погнался за Моникой и этим Такером. Помнишь того чудного коммивояжера, который поселился вчера вечером? Он еще говорил, что торгует софтом. Этот Такер как-то умудрился угнать у нас Монику, и я пытался догнать их на мотоцикле.
— И ты упал с мотоцикла?
— Шины сбесились, представляешь? Они пытались задушить меня, чуть до смерти не придушили, а потом превратились в чаек и улетели.
— О ком это ты говоришь?
— О ДИМ-шинах с моего мотоцикла. Такер прилепил к ним какие-то заплатки и устроил сбой софта. Весь софт в покрышках свихнулся.
— И ты свалился со своего мотоцикла, а потом покрышки попытались задушить тебя, а когда у них это не получилось, они улетели словно птицы? Тре, ты снова нагрузился чем-то? Скажи правду. Зачем ты с собой такое творишь? Подумай обо мне и о детях.
— Сегодня утром я выкурил косяк, но это не имеет никакого отношения к тому, что случилось со мной! Почему ты мне не веришь, почему ты меня все время в чем-то подозреваешь? Ради бога, Терри, мне нужна помощь, я ранен. У меня плечо сломано, меня чуть не задушили мои собственные шины, и мне нужно срочно к хилеру!
— Хорошо, — сразу посерьезнела Терри. — Тогда идем к Саншайн.
— Можно мне тоже пойти с вами? — спросил Дольф. — Я хочу посмотреть, как Саншайн будет чинить папочку.
Малыш взволнованно смотрел на Тре, который морщился от боли.
— Хорошо, иди с нами, — кивнул Тре, хлопнув сына по спине.
Он был рад, что мальчик сыграет роль буфера между ним и Терри. Терри всегда злилась, когда ей было страшно.
— Молли, мы пошли к Саншайн.
— До свидания. Скажи мамочке и папочке «до свидания», Врен!
Бэби Врен, неуверенно стоящая между колен Молли, помахала мамочке и папочке ручкой «до свидания», широко улыбнувшись и показав зубки.
Солнце стояло в самом зените и сияло вовсю. Дольф торопливо шагал по тротуару впереди молчаливых Тре и Терри. Они прошли вдоль холма один квартал вниз обратно к пляжу и наконец оказались у домика, в котором жила Саншайн со своим мужем Даком Тапином. Дом Саншайн и Дака стоял в стороне от улицы под сенью пальмы, за домом имелся гараж.
В тени у гаража что-то мастерил Дак, в своем неизменном одеянии, состоящем из пляжных шорт и цветастой рубашки-гавайки. У Дака было вытянутое обветренное лицо со светло-рыжими, висячими, словно у моржа, усами; его светлые волосы забыли о расческе и находились в живописном беспорядке.
— Привет, Дак, — поздоровалась Терри.
— Привет, — откликнулся Дак. — Что случилось?
Он поднял голову, оторвавшись от своего занятия — выкладывания витражного окна из кусков разноцветного стекла, которые он делал на заказ и тем жил. У ног Дака лежала оранжевая с белыми пятнами собака Саншайн по кличке Планета, тихо стуча хвостом при виде гостей. Малыш Дольф мигом присел на корточки рядом с Планетой, чтобы ее погладить.
— У моего гидрогенного мотоцикла сбесились ДИМ-шины, — пожаловался Тре. — Я свалился с мотоцикла и что-то себе сломал в плече.
— Вот незадача, — хрипло крякнул Дак.
Калифорния могла подниматься и приходить в упадок, но Дак всегда был широко известен как мастер золотые руки, в то же время не чуждый погоне за редкими способами получения удовольствия. В любой час дня, трезвый или пьяный, он всегда имел такой вид, словно предыдущие двадцать четыре часа провел в состоянии невесомости.
— Какая беда, однако. Хочешь, чтобы тебя осмотрела Саншайн?
— Да, — отозвалась Терри. — Она дома?
— Ага, — отозвался Дак. — Пойди крикни ее. Как дела, Дольф? Пришел помочь подлечить своего папку?
— Да, — мрачно ответил Дольф. — А что это вы делаете?
