Обеспечение противодействия коррупции полностью

Заслуживает внимания и проведенный в 2010 г. Российской экономической школой при поддержке компании Ernst&Young Russia опрос представителей российских предприятий в десяти регионах России по методологии проекта Всемирного банка и Европейского банка реконструкции и развития «Обзор деловой конъюнктуры и работы предприятий» (BEEPS). Опрос проводился в следующих регионах Российской Федерации: Воронежская, Иркутская, Калужская, Ростовская, Тверская и Томская области, Пермский край, Республика Татарстан, город Москва и город Санкт-Петербург. Задача данного опроса состояла в выявлении факторов, определяющих бизнес-климат в регионе. В числе основных факторов, оказывающих негативное влияние на бизнес-климат, были выделены борьба с коррупцией и преступностью.[22]

С 2005 года в рамках Мирового экономического форума проводится анализ успешности ведения бизнеса в разных странах с применением индекса экономической успешности (англ.: Global Competitiveness Index (GCI), в котором одним из показателей также является коррупция. Индекс GCI составляется для 142 стран на основе ключевых экономических показателей и более 100 мировых рейтингов.

В отчете за 2011–2012 гг. Россия заняла 66-е место, при этом средний индекс экономической успешности – 4,2 (по 10-балльной шкале). В соответствии с рейтингом глобальной конкуренции на 2015-2016 гг. Россия уже находится на 45-м месте с индексом экономической успешности 4,44. Результаты исследования экономической успешности свидетельствуют, что проблема коррупции в России стоит крайне остро. Возможно, именно коррупция стала причиной того, что Россия находится всего лишь в середине итогового рейтинга, тогда как по отдельным показателям она входит в первую его четверть (инновационный потенциал – 38-е место, рост рынка – 8-е место, образование – 27-е место).

Однако самый популярный индикатор коррупции из ныне существующих создают не экономические институты, а независимая правозащитная организация – Международное движение по противодействию коррупции, которая рассчитывает индекс восприятия коррупции (англ. Corruption Perceptions Index – CPI). Индекс восприятия коррупции представляет собой сводный индикатор, рассчитываемый на основе статистических данных и информации, полученной из экспертных источников, предоставленных международными организациями. Индекс рассчитывается на основании специальной методики опроса руководителей бизнеса, связанных со страной. Чем выше индекс – тем меньше коррупция в стране.

Все источники измеряют общую степень распространенности коррупции (частотность и (или) объем взяток) в государственном и экономическом секторах и включают оценку множества стран. Источники оценивают уровень восприятия коррупции экспертами – как живущими в конкретной стране, так и зарубежными – и представляют собой набор опросов предпринимателей, аналитиков по оценке коммерческих рисков и специалистов по конкретным странам из различных международных организаций.

Рейтинг CPI публикуется ежегодно начиная с 1995 г. Он суммирует экспертные оценки в отношении размаха коррупции, определяемой как злоупотребление государственной властью для получения личной выгоды. В нем в большей степени, чем статистические данные, учитываются оценки экспертов и лидеров бизнеса. На отчеты TI охотно ссылаются другие исследователи. В частности, «Мировой барометр коррупции». TI является одним из источников при составлении индикатора «контроль коррупции» для Всемирного банка.

Согласно рейтингу TI Россия в 2010 г. находилась на 154-м месте (из 178), в 2011 г. – на 143-м месте (из 182), в 2013 г. Россия заняла 127-е место (из 175). В декабре 2014 г. Transparency International опубликовала юбилейный, 20-й рейтинг. В этом рейтинге Россия заняла 136-е место, поделив его с Нигерией, Ливаном, Киргизией, Ираном и Камеруном.

Рейтинг 2015 г. охватывает 168 стран и основан на данных из источников за 2 последних года. Рейтинг ранжирует страны и территории по шкале от 0 баллов (самый высокий уровень коррупции) до 100 баллов (самый низкий уровень коррупции) на основе восприятия уровня коррумпированности государственного сектора.