– Тогда это тоже ерунда, как требуха. Не может иметь ценность то, что мешают в кучу. – Али взобрался на матрас, с которого недавно стащил друга, и вольготно разлегся. – Фати – мусульманка. Даже если для нее важна карьера, она, имея любимого мужчину, не принесет себя ей в жертву. До недавнего времени она находила время для того, чтобы просто попить кофе с тобой. Но сегодня, когда ты празднуешь свой успех в компании друзей, она не приехала. Значит, у вас проблемы.
– Фати на что-то дуется, – вынужден был признаться Боря. – Но я не понимаю, что сделал не так.
– Не привез презент из России?
– Купил подвеску с якутским бриллиантом. В дьюти-фри, но в «Домодедово». А выходной я провел целиком с ней. Вечер, ночь. Мог бы и утро, но Фати рано уехала. Ее вызвали на работу, и пришлось сорваться в семь, когда я еще спал.
– С тех пор не виделись?
– Нет, мне было некогда. Но по телефону говорили, правда, коротко и как-то сухо. А когда я позвал Фати на вечеринку, она сказала, что занята, но если сможет освободиться, то приедет. И поскольку ее нет…
– Ты НАКОСЯЧИЛ. – Али обожал это русское слово.
– Нет, – уверенно проговорил Борис. – Я вел себя как обычно. – Он поймал надувного фламинго и забрался на него. – Давай не поедем кататься по пустыне?
– Не вопрос. Но файер-шоу я не отменю, артисты уже едут. – Али протянул руку, схватил Борину птицу за бок и подтянул к себе. – Слушай, а ты, случаем, не увлекся какой-нибудь красоткой у себя на родине?
– Нееет, – неуверенно протянул он.
– Бабы чувствуют это и, как следствие, ведут себя иначе.
– Думаешь?
– Уверен. Помнишь мою Катю?
– Как такую забудешь?
Девушка танцевала гоу-гоу в одном из клубов Дубая. Бывшая волейболистка, высоченная, под метр девяносто, мускулистая, настоящая амазонка, только со светлыми волосами и ангельским личиком. Низкорослый, чернявый Али с ума по ней сходил.
– Я бросил ее, когда женился. Но как-то встретил в клубе – не в том, где она танцевала, туда я больше не ходил, чтобы себя не искушать, – и не смог устоять. У нас снова закрутилось, и жена это почувствовала – стала холодной со мной, а ее прекрасные глаза часто были красны от слез. Пришлось мне бросить Катю во второй раз.
– Если честно, я кое с кем познакомился в Москве, – решил признаться Борис. – Но между нами ничего не было.
– И все же эта девушка тебя зацепила?
– Очень. Я не перестаю думать о ней.
– ВТЮРИЛСЯ? – И это русское слово Али запомнил.
– Не знаю. Может быть.
– Как ее зовут?
– Элизабет. Бетти.
– Странное имя для русской.
– Она немка по матери и англичанка по отцу.
– Тьфу на тебя! В России живут самые прекрасные женщины, а ты находишь себе то турчанок, то немок, то китаянок.
– Ли была кореянкой. – Боря встречался с ней, когда стажировался в Америке. – Но ты прав, отношений с соотечественницами у меня не было. Я не намеренно выбираю иностранок, просто так получается.
Надувная птица ткнулась в бортик бассейна. Боря воспользовался этим, чтобы взять пиво, но не успел сделать и глотка, как увидел Фати. Приехала-таки!
– О, а вот и твоя османская принцесса, – воскликнул Али, тоже заметивший ее. – Выглядит шикарно.
И это было правдой. Белоснежный брючный костюм с летящими штанинами и рукавами очень шел ей – подчеркивал аппетитные формы и оттенял кожу. Фати распустила волосы, хотя обычно носила их собранными в хвост, и они развевались на ветру. В ушах – длинные серьги из нескольких цепочек. На губах помада с легким перламутром. Она делала их еще более соблазнительными.
– Фати продумала образ от и до, – шепнул Али. – Готовься к серьезному разговору.
Он стал выбираться из бассейна. Боря последовал его примеру.
Фати тем временем подошла к шезлонгу, на котором лежало несколько полотенец, взяла два и протянула их мужчинам.
– Спасибо, Фати, – поблагодарил ее Али. – Рад, что ты приехала.
– А ты? – обратилась она к Боре.
– Конечно. Я ждал тебя…
– Тогда почему не брал трубку? Я звонила три раза.
– Плавал в бассейне, не слышал, – пожал плечами он и завернулся в полотенце.
– Что будешь пить? – спросил Али у Фати. – Распоряжусь, чтобы принесли.
– Виски.
– А ты, кореш?
– Пожалуй, тоже. Похолодало. Или мне кажется?
– Мы в пустыне, а тут ночами не жарко. Можно погреться в хамаме, если что. Но виски сейчас принесут.
Он удалился, а Боря с Фати расположились на шезлонгах. Перед этим они поцеловались, но формально.
– Я думал, ты уже не приедешь, – сказал Борис, откинув полотенце и взяв халат. В хамам под хмельком ему отправляться не хотелось.
– Нам нужно поговорить.
О, как был прав Али!
– О чем? – осторожно спросил Боря.
– О нас.
– Хм…
К ним подбежал официант с подносом, на котором стояли не только два стакана с виски и один со льдом, но еще и блюдце с орешками.
– Как ты ко мне относишься?
– Прекрасно. – Боря поспешил сделать глоток виски. Льда не добавлял, и так холодно. – И ты это знаешь.
– Так можно сказать о начальнике, соседе, дальнем родственнике…
