— Правда, — подтвердил он, ухватив зубами ее за палец. — Я ведь даже не знал, что столько можно жрать. Не есть, а жрать, как свинья. Я каждый раз смотрел как ты накладываешь себе полную тарелку еды и думал, ну, когда же ты эта корова нажрется? Меня тошнило, когда я прикасался к тебе. Мне казалось, будто я засовываю свои руки в куски сала. Жирного, скользкого сала.
— Бедненький ты мой, ты так страдал, — принялась жалеть Джека разлучница. — Но теперь то все позади. Теперь ты свободен. Да, мой милый? Скажи ей. Скажи это толстой, жирной свинье, что ты ничего больше с ней не имеешь, что тебе надоело терпеть ее глупые выходки, — подначивала Луна.
— Я подал на развод. Документы ты получишь у своего адвоката. Адью, крошка. Хотя, какая же ты крошка, ты огромная жирная булка, — довольно произнес Джек, ища глазами поддержку подружки.
— Ты, мой герой! — Луна бросилась целовать Джека. — Иди ко мне. Сейчас мы устроим маленькое похищение одного очень шустрого…, - дальше запись прервалась. Но и без продолжения было ясно о чем конкретно идет речь.
Больно. Как же больно внутри.
Печет. Очень сильно. Нет. Нет. Не-е-е-е-ет.
Воздуха. Мне нечем дышать.
В глазах мутнеет.
Последнее, что я успела заметить осколком сознания, был стол, со стоящей на нем тарелкой с остатками яблок. И мысль, проскочившая быстрее света, я ведь так их и не доела.
Огромные прямоугольники окон от пола до потолка. Белые стены. Такой же белый чуть сморщенный потолок, как будто он собрался чихнуть, да так и не случилось. И мерный звук.
Пик-пик-пик-пик.
И чего оно там пикает? Неужели так бьется мое сердце?
С трудом повернула голову в сторону и увидела дисплей с пробегающей по нему волной. Ну, точно сердце.
Вот только мое ли?
И есть ли у меня теперь сердце?
Я прислушалась.
Стучит.
Вместе с волной на дисплее.
Пик-пик-пик-пик.
Удивительно, что оно, вообще, стучит. А ведь думали, что уже все. Остановилось. Навсегда.
А оказалось, что нет. Не готово оно выключиться вместе с сознанием.
Странно все это. Я в отрубе, а сердце стучит. Бьется. Хотя, именно оно должно в первую очередь перестать биться.
Врач с самыми добрыми на свете глазами сказал, что у меня очень крепкое сердце. Ведь, когда меня нашла бригада скорой помощи, вызванная по сообщению Лайзы, то подумали об обширном инфаркте. Я была белее снега, а пульс не прощупывался вовсе. Дежурный врач сказал, что все, пора вызывать работников из похоронного агентства. Возможно, так бы и было, но тут вмешалась в разговор Лайза, устроившая настоящую истерику, с угрозами, что запись со своих камер направит в Министерство здравоохранения, полицию и комиссию по правам человека, обвинив врачей в халатности и наплевательском отношении к своим обязанностям. Угрожая расправой, она не забывала сообщать ошалевшим медикам о том, что со мной случилось, как долго я была в отключке и какие симптомы у меня наблюдались. Она даже воспроизвела момент моего падения и реакцию зрачков.
Шороху Лайза навела, будь здоров. Медики сразу же вспомнили, что нужно делать в экстренных случаях и какие реанимационные действия производить, не смотря на их дороговизну. Меня напичкали лекарствами, поместили в капсулу, охлаждающую тело, чтобы успеть до операционной.
Успели.
Прооперировали. Сердце заменили на новое, выращенное из моих же клеток.
Не будь Лайзы, я бы была уже на кладбище, в маленькой урне, хранящей пепел. Она предоставила все данные моей страховки, указала на наличие нужных кредитов на счете, отправила экстренное сообщение родителям о моем состоянии. А пока они в срочном порядке бронировали частный шаттл, бомбардировала администрацию больницы постоянными запросами о моем состоянии.
И это все делал искусственный интеллект!
И как после всего этого мне думать, что она неживая? Да она живее всех живых, и сострадательнее, и надежнее. Зря только подозревала в ябедничестве Джеку.
Кто мог подумать, что предаст самый близкий человек, а набор компьютерных кодов поддержит и спасет мне жизнь?
Мои родители прилетели спустя три дня после операции, убедились, что кризис миновал, сделали множество подарков и … вернулись на Асторию. Из-за поездки отца перенесли открытие рудника по добыче кремния. А мама не могла оставить любимого мужа одного. Да и я настаивала на ее возвращении. Ко мне пообещали приставили самую лучшую сиделку, которую можно представить.
Лайзу.
Отец, узнав о ее самоотверженности, договорился со своим знакомым, гением робототехники, о создании человекоподобного существа. Андроида. Тело для Лайзы. Хотя, среди людей и не приветствовалось использование подобных машин, но запретов на их производство и эксплуатацию не было. Надо было лишь соблюсти несколько условий. Зарегистрировать андроид в специальной службе, прочипировать, и каждый месяц отправлять результаты использования в банк данных, для отслеживания. Из-за дороговизны и кабальных условий содержания андроидов находилось мало желающих держать их у себя. Но мне скрывать нечего, да и родителям спокойнее оставлять меня не одну-одинешеньку, а под присмотром Лайзы.
