От первых трех человек, с которыми он заговорил, кок не получил никаких сведений. Все они с интересом рассматривали фото, высказывали о нем свое мнение, по большей части неблагосклонное, но единогласно признавали, что в Бриттлси никого похожего нет. Он уж совсем было решил бросить эту неблагодарную работу и вернуться на судно, когда увидел старого рыбака, который стоял, облокотившись о фонарный столб.
— Славный выдался день, дружище, — проговорил повар.
Старик учтиво вынул изо рта короткую глиняную трубку, кивнул, снова сжал трубку зубами и продолжил смотреть на море.
— Видели вы когда-нибудь человека вроде вот этого? — спросил кок, протягивая ему портрет.
Старик снова терпеливо вынул трубку и, взяв снимок, внимательно его осмотрел.
— Удивительно, чего только сегодня не придумают, — дрожащим голосом проговорил он. — Ничего такого не делали, когда мы с тобой были мальчишками.
— Да, с тех пор многое изобрели, — невольно согласился повар.
— Вот раньше все больше маслом писали, — задумчиво продолжал старик, — или карандашами.
— А вы когда-нибудь видели кого-нибудь похожего? — нетерпеливо спросил повар.
— Ну, видел, конечно. Как раз собирался тебе сказать, — проворчал старик. — Дай-ка припомню, как там его звали?
— Я не знаю, — соврал повар.
— Вот бы я услышал, тогда бы вспомнил, — медленно проговорил старик. — Ага, точно! Уже вспомнил!
Он радостно похлопал себя по голове и подмигнул повару подслеповатыми, блестящими глазами.
— Память-то у меня еще о-го-го, прямо как прежде, — самодовольно продолжал он. — Вот, случается, вылетит из головы, а потом вспоминаю. И матушка моя такой была, а ведь она дожила до девяноста трех лет!
— Боже! — перебил его встревоженный кок. — Как его зовут-то?
Старик замолчал.
— Черт бы побрал, — сказал он с взволнованным видом. — Вот я его и забыл… Да вот все равно припомню… само всплывет.
Кок минут десять ждал чуда, но так ничего и не дождался.
— А не Гетинг ли? — наконец спросил он.
— Нет, — ответил старик. — Да ты не торопись… Я уж припомню…
— Когда? — сердито спросил повар.
— Может, минут через пять, а может, и через месяц, — уверенно ответил старик, — но уж точно припомню.
Он взял портрет из рук погрустневшего кока и попытался с его помощью оживить свою память.
— Джон Данн — вот как его звать! — внезапно воскликнул он. — Джон Данн!
— Где он живет? — нетерпеливо спросил повар.
— В Хоулборне, — ответил старик, — это маленькое местечко в семи милях отсюда.
— А вы уверены, что это тот самый? — дрожащим голосом спросил кок.
— Уверен, — твердо проговорил тот. — Приехал сюда пять лет тому назад, а потом разругался с хозяином гостиницы и уехал в Хоулборн.
Повар, весь красный, поглядел на шхуну. Там, в облаке белой пыли, шла разгрузка, и пока его отсутствие оставалось как будто бы незамеченным.
— Если захотят есть, — пробормотал он, ссылаясь на людей, бегающих по палубе, — то им самим придется изготовить себе обед, вот и все! Не выпьешь ли со мной кружечку, старина?
Старик, не колеблясь, согласился и, попользовавшись от щедрот кока, провел его через весь город, указывая дорогу в Хоулборн, и, убедившись, что тот на правильном пути, вернулся к своему излюбленному месту у фонарного столба.
Кок шагал, насвистывая, и с удовольствием думал о том, как расстроятся остальные члены экипажа, когда узнают о его удаче. На протяжении трех миль он упорно шел вперед, пока скромная вывеска, торчавшая между несколькими высокими вязами, не привлекла его внимание. В стороне от дороги он увидел небольшой трактир, у крыльца которого на деревянном табурете сидел дородный хозяин и ждал посетителей.
Повар мгновение колебался, а затем неспешно подошел, сел на табурет, стоявший напротив, и заказал пинту.
Трактирщик поднялся, тяжелым, неторопливым шагом вошел в дом, чтобы выполнить заказ, и вернулся с пенящейся кружкой.
— Снимите пену, — вежливо попросил кок.
Толстяк кивнул и исполнил его просьбу.
— Не выпьете ли со мной кружечку? — сказал кок, заглянув внутрь таверны, когда хозяин подал ему кружку. — Эту можете оставить себе, — прибавил он.
Толстяк принес еще кружку пива и, со вздохом усаживаясь на прежнее место, настроился на беседу.
— Гуляете на природе? — спросил он.
Повар кивнул.
— Не только ради удовольствия, — важно заметил он. — Я тут по делу.
— Да, вот такие, как вы, и загребают денежки, — вздохнул хозяин. — А я за весь день только и продал эти две кружки. Далеко идете?
— В Хоулборн, — ответил тот.
— Знаете там кого? — спросил хозяин таверны.
— Ну, не совсем, — признался кок. — Не сказать, чтоб я с ним был знаком. Меня интересует человек по фамилии Данн.
— Вы немногого от него добьетесь, — подойдя к ним, заявила хозяйка. — Он человек замкнутый, ей-богу.
Кок прищурил глаза и с понимающим видом улыбнулся.
— Какой-то он больно загадочный, — продолжала хозяйка. — Никто не знает, кто он и откуда взялся, а сам он никому ничего не говорит. Когда человек так себя ведет, будьте уверены, тут дело нечисто… По крайней мере, я уверена.
— Еще и сварлив в придачу, — заметил хозяин.
— Ну, — протянул повар, — со мной-то он будет повежливее!
