Люди перестают быть людьми, а привычный мир неотвратимо меняется, рождая оправданную панику у молодого терапевта районной поликлиники. Скромного доктора не отпускает мысль о том, что однажды, поддавшись искушению богатством, он стал главной причиной этих пугающих перемен. Движимый благородным стремлением исправить ошибки, доктор сталкивается с весьма непредсказуемыми последствиями.
Гошку с самого детства все называли чертовым везунчиком. Все началось со скользкой школьной лестницы, по которой Гошка весело проехался на пятой точке после первой торжественной линейки на глазах всей школы. После этого случались не вовремя порванные штаны, перевернутые ведра с помоями, пробки на пути к важным встречам и мероприятиям. Гошка и сам терялся в количестве жаб и ляпов, щедро расточаемых злодейкой судьбой. Спустя годы степень его везучести только преумножилась, подстраивая Гошке самые замысловатые испытания. Последней такой проверкой стало его вынужденное безработное состояние, упрямо длившееся больше полутора лет. В какие только агентства и конторы не обращался везучий Волков, какие только резюме не распихивал по организациям, отовсюду приходил до отвращения одинаковый ответ о возможном будущем деловом звонке, которого так ни разу и не случалось. Поэтому, когда однажды на Гошкину почту пришло одинокое уведомление, приглашающее его на собеседование, тот, боясь спугнуть удачу, прямо в тот же день отправился по указанному адресу. Контора оказалась частная, небогатая, выполняющая единичные заказы по грузовым перевозкам. Гошка был невзыскательным, и уже через день бодро подпирал стены районной поликлиники, обходя обязательных врачей. Последним в списке его посещений значился врач-терапевт, от решения которого зависела дальнейшая Гошкина судьба. На излете рабочего дня везунчик втиснулся в узкое пространство рабочего кабинета и в изумлении уставился на сидевшего за столом доктора. В понимании Гошки врачом-терапевтом должна работать суровая дама средних лет с невероятной прической и усталым взглядом. Сейчас же перед ним сидел молодой парень, приблизительно одного с ним возраста, и что-то сосредоточенно писал в огромной серой тетрадке.
«С такой рожей только в кино сниматься, а не в поликлинике штаны протирать,» — мелькнула у Гошки стремительная мысль, когда доктор оторвался от своего занятия и поинтересовался у вошедшего причиной визита. Звали доктора необычным и немодным именем Гурий Грошик, о чем Гошка узнал из болтающегося на халате бейджика, пока не в меру серьезный терапевт заполнял принесенные пациентом бумаги. Когда все формальности были выполнены, Гурий Грошик измерил Гошке давление, посчитал пульс и отправил его на трудовые подвиги, торжественно выдав заключение.
Всю неделю Волков, оправдывая свое прозвище, торчал в пыльном закутке конторы, ожидая заказов, и только ближе к выходным на его телефон пришло уведомление о первом стоящем деле. Гошке предписывалось перевезти аппаратуру для граверной мастерской, расположенной на самой окраине северной столицы. Везунчик был уверен, что знает родной Питер как свои пять пальцев, однако это не помешало ему заблудиться в трех соснах и приехать в граверную мастерскую с последними лучами заходящего солнца. Помогая разгружать замысловатую технику, Гошка обратил внимание на невысокую фигуру, замотанную в пестрые тряпки, стоившие по скромной Гошкиной оценке, целое состояние. Фигура неловко переминалась у входа в мастерскую, ожидая получения своего заказа. Когда все оборудование было аккуратно расставлено в коридоре, пестрая тетка, наконец-то протолкнулась в некое подобие офиса и протянула мастеру скомканную квитанцию. Везунчик от нечего делать наблюдал за всем этим несложным процессом, гася в себе природное любопытство. Теткиным заказом оказался небольшой латунный прямоугольник с четырьмя отверстиями по краям, в котором Гошка с суеверным ужасом узнал надгробную табличку. Когда все формальности по документам были соблюдены, бланки заполнены и акты подписаны, любопытный Гошка прошмыгнул мимо таинственной тетки и, не удержавшись, пробежался глазами по блестящей металлической поверхности. Красивыми вензелями на ней было выведено имя некоего Гурия Грошика, парня тридцати лет, оставившего этот мир пару дней назад.
Георгий Волков никогда не относил себя к разряду чрезмерно впечатлительных и излишне эмоциональных людей, однако знакомое немодное имя, прочитанное на латунной табличке, то и дело воскрешало невольную встречу недельной давности, состоявшуюся в кабинете районной поликлиники. От волнения Гошка даже пропустил светофор, чем вызвал справедливый рев клаксонов позади своей ГАЗели. По приезду в контору на Гошку, словно по волшебству, обрушился еще один заказ, в этот раз жирный и денежный. Его ждали в столице с товаром, общая стоимость которого превышала миллион рублей. Администратор несколько раз предупредила Гошку об этом факте, взяв с него расписку о материальной ответственности и даже предложила напарника, опасаясь неприятностей в пути. Гошка смело отмахнулся от лишнего рта, посчитав, что ночь в пути не самая сложная задача, и что он прекрасно справится один.