– Он сделал это! – настаивала Лизетта. – В тот вечер на балу у Лежера Бернар понял, что Этьен не будет больше молчать из-за своего пьянства, и его необходимо убрать. За это второе убийство Макс может поплатиться в полной мере. О, я должна что-то сделать, показать кому-то это письмо…
– Не надо так волноваться, – посоветовала Рене. – Еще есть время. Необходимо показать это письмо властям, когда они придут за вашим мужем. – Она поджала губы. – Если, конечно, Максимилиан уже не покинул Луизиану. А?
Лизетта ответила сердитым взглядом.
Рене начала спрашивать о чем-то еще, когда их внимание привлекло чье-то внезапное появление.
– Макс? – спросила Лизетта поворачиваясь. – Где… – Слова замерли на ее губах.
Жюстин прислонился к дверному косяку, тяжело дыша. Он проскакал несколько миль без остановки, чтобы поскорее добраться до дома. Его лицо было бледным, несмотря на загар. Он весь промок и был покрыт грязью.
– Лизетта… мне нужна помощь… где Александр?
– Он с Генриеттой у Клеманов, – машинально ответила она. – Жюстин, что с…
Мальчик прервал ее хриплым криком, повернувшись к лестнице:
– Филипп! Филипп, черт бы тебя побрал, иди сюда!
На верхней площадке лестницы появился Филипп. Он бросил взгляд на брата и поспешил вниз. Жюстин посмотрел на Ренэ Дюбуа. Посетительница привлекла его внимание.
– Как это мило с вашей стороны, – сказал он, не сводя глаз с Ренэ. – Общаетесь с Лизеттой… в то время как ваш муж и братья убивают моего… – У него закружилась голова, и он привалился к дверному косяку, держась за голову. – …Моего отца, – закончил он фразу, тяжело дыша и протягивая руки к Лизетте, когда та подошла к нему поближе. Он ухватился за нее, не замечая грязи на своей одежде и руках. – Они схватили его, – прошептал он, боясь потерять сознание. – …Я не знаю, где он теперь. Они убьют его… о Боже, если уже не сделали это!
Небольшой отряд увел лошадь Макса с главной дороги по грязным боковым тропинкам. Сажессы были решительно настроены наказать человека, который, по их мнению, убил Этьена. На этой территории власть переходила из рук в руки почти каждый месяц, и понятия справедливости часто менялись. Оставалось полагаться только на собственную семью, чтобы совершить правосудие.
Макс со связанными за спиной руками напряженно ждал, в то время как они, взяв поводья его лошади, подъехали к самому отдаленному краю плантации Сажессов через поля, оставленные под паром до следующего сезона. Когда всадники остановились около рощи и начали спешиваться, Макс пришпорил свою лошадь, рассчитывая, что она внезапным прыжком в сторону вырвет поводья из рук Северина Дюбуа.
Дюбуа схватил конец веревки, связывающей руки Макса, и потянул, сбросив его на землю. Макс упал на бок, вскрикнув от боли. Его падение не вызвало ни смеха, ни глумления. Это было серьезное дело, и они действовали не ради мелочного мщения, а руководствуясь моральными обязательствами.
Макс ни на что не надеялся, но, поднявшись на ноги, попытался оказать сопротивление. Первый удар пришелся ему по голове и вызвал острую боль в черепе. Не успел он перевести дыхание, как последовали другие безжалостные удары, которые наносились все чаще и чаще, пока у него не хрустнули ребра. Голова его свесилась набок, и он почувствовал, что тело его начало оседать. В глазах Макса потемнело, и все звуки слились в сплошной рев. Теперь его усилия были направлены не на сопротивление, а на то, чтобы выдержать побои. Он еще отдаленно понимал происходящее, но почувствовал, что сознание его уже начало меркнуть.
Рене была поражена.
– Ты говоришь, мой муж схватил его? – переспросила она. – Северин и…
– Да! – рявкнул Жюстин. – И вся ваша проклятая семья!
– Как давно это случилось?
– Не знаю. Возможно… полчаса назад.
Рене сделала шаг вперед, слегка коснувшись плеча Лизетты.
– Я не знала об этом. Они слишком поспешно приняли такое решение.
– Какого черта вы не знали, – проворчал Жюстин. Холодные глаза Рене сверкнули, встретившись с его сердитым взглядом.
– Твоя наглость никому не поможет, маленький мужчина. – Она снова посмотрела на Лизетту. – Я знаю, куда они могли отвести его, но не уверена. Моя карета ждет у дома.
– Почему вы хотите помочь мне найти его? – тупо спросила Лизетта, едва заметив, как Филипп присоединился к ним.
– Я считаю, что Этьен был не прав, столько лет храня молчание, хотя зная, что Максимилиан не повинен. Ваш муж не виноват, что стал объектом безумной зависти Этьена. Никто не должен отвечать за поступки моего брата…
– Может быть, – холодно прервал ее Жюстин, – мы отложим разговоры и попытаемся найти моего отца, прежде чем ваша семья не удлинила его шею на несколько дюймов. – Охнув от боли, он распахнул входную дверь и с издевкой указал на карету.
Филипп быстро подошел к Лизетте, а Жюстин твердой рукой взял под локоть Рене. Она посмотрела на него. Хотя Рене была высокого роста, Жюстин тоже почти догнал своего отца.
– Ты испортишь мне платье своими грязными руками, мальчик!
Жюстин не отпускал Рене, пытаясь сохранять равновесие.
