Только Гейдж не рассмеялся вместе с ней. Он серьезно смотрел на нее, и от его взгляда ее кожа покрылась мурашками. И она задалась вопросом, почему ей так не нравился Гейдж. Он — техасец, красавчик с темно-голубыми глазами, который умеет смотреть на женщину так, что поверит, будто она — единственная на земле.
— С-спасибо, что привел меня сюда, но нам пора идти.
— Я знаю, у тебя работа.
— Это правда. У меня был утомительный день, и я немного отстаю от графика.
Гейдж кивнул, положил руку ей на поясницу и повел к выходу. Его постоянные прикосновения без уважительной причины нервировали ее не потому, что ей это не нравилось, а потому, что ей это очень нравилось. Она подошла к другой информационной табличке, притворяясь заинтересованной, и отстранилась от Гейджа.
Он больше не прикасался к ней. И она тут же почувствовала ужасное разочарование.
Гейдж разорвал страницу с написанным им текстом и выбросил ее в мусорную корзину. Черт побери, он не мог сосредоточиться! Он звонил друзьям из шоу-индустрии и узнавал их новости, но на самом деле это его не интересовало. Он включил телевизор. Потом выключил. Его ничто не интересовало, даже киносценарий, который он привез с собой.
Встав с кровати, он принялся ходить взад-вперед по номеру отеля. Он был дерганым и беспокойным. И источником его беспокойства была женщина в спальне в десяти футах от него, которая печатала на своем компьютере.
Как Джанне удавалось так легко отключиться от мира? Как она могла отгородиться от него и погрузиться в свои исследования, если он все время думает о том, как мило она выглядела сегодня в кедах? И как она была рада увидеть Парфенон.
Желая отвлечься, он заказал еду в номер — всего понемногу. Потом прошел в гостиную и налил себе бурбона. Алкоголь медленно и восхитительно обжигал его горло. Ему было приятно, но недостаточно приятно, чтобы избавиться от раздражительности.
Недостаточно, чтобы побороть его желание. Он хотел Джанну. И не потому, что она здесь, рядом с ним, а потому, что ему безумно скучно.
Подойдя к двери ее комнаты, он трижды резко постучал и стал ждать.
— Джанна?
— Секундочку, — рассеянно сказала Джанна и открыла дверь. Она была в махровом белом халате, ее влажные волосы слегка блестели. Судя по очкам в черной оправе на носу, она еще работала.
— Я умираю с голоду, — произнес Гейдж и задался вопросом, что у нее надето под халатом. Он не понимал, почему мягкий халат и спутанные влажные волосы так привлекают его. Он, конечно, знал ответ: Джанна — скромная и чертовски рассеянная, была самой сексуальной женщиной, которую он знал. — Уже восьмой час вечера.
— О, а я не заметила.
— Я заказал еду в номер. Ее доставят с минуты на минуту.
— Спасибо. — Она посмотрела на него и несколько раз моргнула.
Он уставился в ее ярко-зеленые глаза, наблюдая, как изгибаются ее сладкие губы. Он часто видел этот особый взгляд, словно она пыталась понять его. По неведомой ему причине он не мог отойти от ее двери.
Джанна стояла у двери, загораживая вход, как охранник.
— Что-нибудь еще?
Он посмотрел на ее губы. Она дерзко взглянула на него, явно забыв о работе. Их разделяло несколько дюймов, и между ними чувствовалось сильное напряжение. Гейдж не хотел делать первый шаг, но и отступать не собирался.
Все зависит от того, чего хочет Джанна.
— Гейдж, — прошептала она.
— Я здесь.
— Может, не надо? — неуверенно спросила она.
— Прогони меня.
Она набрала воздуха в грудь и открыла рот. Но слова не пришли. Протянув руку, она нежно погладила его лицо. Гейдж простонал. Она играла с огнем.
— Я не могу прогнать тебя, Гейдж.
Это было все, что ему требовалось услышать. Он обхватил лицо Джанны ладонью, и их взгляды встретились. Она не протестовала и не отказывала ему. Он осторожно поцеловал ее в губы, словно пробуя их на вкус. Как только она всхлипнула, его поцелуй стал смелее и настойчивее. Он перестал скрывать свое желание.
Гейдж хотел большего, но ему пришлось притормозить. Он не мог торопить ее. И не хотел ее принуждать. Он стремился подарить ей удовольствие. Дело не только в том, чтобы снять напряжение самому.
Они целовались, пока обоим не стало трудно дышать. Гейдж пнул ногой дверь, распахивая ее шире, и потащил Джанну в комнату — к ее кровати. Компьютер был включен, бумаги аккуратно разложены на столе. Она всегда была опрятной и аккуратной, но ему хотелось увидеть ее необузданной.
Он опустил ее на кровать. Волосы рассыпались вокруг ее головы, глаза сияли. Она развязала пояс, и он распахнул ее халат. И затаил дыхание.
— Ох, Джанна, ты идеальная.
Ее кожа была гладкой и загорелой, кремового цвета. Маленькая, красивая округлая грудь заполняла чашечки кружевного белого бюстгальтера. На ней были белые тонкие трусики.
Стянув с себя рубашку, он бросил ее на пол. Джанна внимательно наблюдала за ним широко раскрытыми блестящими глазами. Он опустился на нее, и она обвила его шею руками. Он целовал ее снова и снова, и она тихонько постанывала. Ее дыхание стало резким и быстрым, когда он провел рукой по ее животу и погладил между ног.
