Ребята прочитали следующее: «Всем привет! Двести девяносто восемь человек! Отсеяла малолеток, то есть своих однокурсников и им подобных на пару лет вперёд, осталось тридцать три. Начинаю естественный отбор. Всем чмоки».
– Такого же и найдёт. Кто это вообще такая, Мила? Что у тебя с ней общего? Мы были о тебе лучшего мнения, – сказал за всех Максим.
– Ты уже второй раз забываешь в конце добавить «шучу».
– Шучу, шучу.
– Смотри, как бы сам не оказался в отсеянных ею. Шучу.
– Он этого не узнает.
– Ой, хоть бы и узнал. Моё самомнение от этого не пострадало б, наоборот, – заявил горделиво Максим.
– Упс, оговорка подсознания, – вставил молчавший до сих пор парень, – наоборот было б, если б тебя ей не порекомендовали, и только.
– Блин, ну вы поняли, что я хотел сказать.
– Ну а прикинь, если ты среди рекомендованных ей? – сказала Мила.
– Зря жил.
– Молодец! Гусар! – вставил Никита.
– Кто?!
– Никто. Историю учи. Пошли, – Никита спрыгнул с подоконника.
Ребята устремились в актовый зал. Там они отыскали взглядами таблички с названиями своих групп и разошлись каждый к своим.
Когда гости и выпускники более-менее разместились, и большего порядка и затихания шума ожидать не представилось, на сцене зала появилась пара – парень и девушка, которым предстояло вести праздничную церемонию вручения дипломов. Они обозначили план мероприятия, попросили присутствующих убавить громкость телефонов, обыграли по очереди наизусть стихотворение, написанное одним из выпускников как раз по такому случаю, и пригласили на сцену директора.
После директора выступили по очереди комики из числа студентов, потом фокусник, опять же из «своих», а после повысили на пару градусов жару в зале и сорвали громовые аплодисменты семь девушек-студенток, подготовивших техно-танец, протанцевав целых двенадцать минут под оглушительную и дерзкую музыку синхронно не синхронизируемое, как это могло б подуматься, не увидь опровержение тому собственными глазами.
После культурной программы на сцену вновь поднялась директор, а с ней руководители отделений. Ведущие разделились, отойдя друг от друга на противоположные концы сцены, и стали по очереди оглашать группы, имена и фамилии выпускников. Кто-то, получив диплом и поздравления от директора или руководителя отделения, сразу покидал актовый зал, кого-то родители просили задержаться, чтобы сфотографироваться и пообщаться на прощание с преподавателями.
Никита дожидался Максима на улице. Тот появился через некоторое время из толпы у входа, уже издалека показывая Никите знаки зажатым в руке телефоном. Никита закивал, улыбаясь в ответ.
– Уже запустили! – удивляясь, проговорил Максим, подойдя на слышимое расстояние.
– Ну а что ты хотел? Тут даже не видео, скорей всего, срабатывает. Думаю, в алгоритм заложено произнесение имени и фамилии. Хотя, а если бы я не пришёл? Ай… Сколько у тебя?
– Сто восемнадцать.
– Двести восемьдесят семь.
– Ничего себе! За что такая честь?
– Ну так у тебя ж Аня, – заулыбался Никита.
– Да что ты к этой Ане целый день пристаёшь?
– Шучу-шучу. Ладно, давай, погнали на эбусик, там разберёмся.
Однако, устремившись на остановку общественного транспорта, «разборку» друзья не отложили.
– У меня ближайшая – шестьдесят процентов, расстояние сто пятьдесят метров, может даже из нашего техникума. О, а сколько у вас с Аней? Ведь есть?
– Семьдесят два процента! – с гордостью ответил Максим. – Кому строчишь?
– Родителям. Спрашивают, получил ли диплом.
– А-а, а то я подумал уже…
– Семьдесят два! Ну классно.
– Я даже знакомиться не буду. Да о чём речь?
– Даже? А я буду, конечно. Вернее, посмотрю. У меня максимальное совпадение с какой-то Викой аж из Германии – девяносто семь процентов; минимальное – один – с Анжелой, расстояние четыре километра. А у меня как раз и имя Анжела одно из самых нелюбимых.
– У меня максимальное – восемьдесят восемь, Карина, расстояние четыре двести. Минимальное – тоже один, тоже Карина, Питер.
– Я оставляю только страны-соседи. Та-ак..
– Переходим! Зелёный!
– Установлю пока возраст не старше меня, совместимость не ниже восьмидесяти процентов, брюнетки, хотя нет, без разницы. В Риге пусть будет совместимость семьдесят процентов. Получилось пятнадцать.
– Эбусик через двадцать пять секунд, ускоряемся.
Друзья бросились подбежать к остановке.
– Напишешь кому-то уже? – спросил Максим, когда друзья уселись на ряд сидений в конце электробуса.
– Не, подожду.
– Мальчики должны делать предложение первыми.
– Сексист.
– Фи. Просто говорю как более опытный альфа-самец.
– Ага, и Миле про девчонок, более нашего любящих посплетничать. Джинни, он смешной, правда?
– Он просто говорит как более опытный альфа-самец.
– Слышал? – рассмеялся Никита. – Умеет шутить, а?
– А про себя спроси?
– А я, Джинни?
– А ты перед этим сказал ему «сексист».
– Ладно, – резюмировал Максим, обращаясь к другу, – просто делай, что тебе приятно.
– Так и я шучу, Макс.
– Мне не знать. Просто теперь, сам понимаешь, достанут с рекомендациями чтива на тему сексизма.
– Ещё не известно, кому теперь больше, – улыбнулся Никита.
– Точно. Не сообразил.
– Опа, смотри.
