Страшно, мне было страшно, что он может сделать с ним что-то, от порыва злости. Меньше всего хотелось чтобы из-за меня у Айвана были проблемы, еще и в таких условиях, но спокойствие и уравновешенность этого человека, убрали от меня все сомнения и я продолжила свой путь к швейной комнате.
В мастерской все словно застыло на своих местах, я быстро подошла к манекену и засунула внутрь его через небольшое отверстие внизу, всю добычу с завтрака, и смело взялась подбирать ткани для повседневной одежды, по поручению Елены. Голова была забита мыслями о том, что же происходит сейчас между Евгением и Айваном, но я старалась переключить мысли и перебороть желание выйти в коридор.
Из такого количества тканей, большая часть была яркой, нарядной, необычайно красивых цветов. Натуральные шелка, а к ним подобранные шелковые нити, схожие по цвету, висели в ячейках на стене, а столько было повседневных тканей. И брючные, и хлопковые, стрейч, для тёплой одежды, я с завистью смотрела на мягкие, словно детские, мне бы очень хотелось взять отрезок для пледа, чтобы не мерзнуть по ночам, но это было слишком опасно, а спрашивать эту женщину…
Мне бы не хотелось быть в долгу перед таким человеком, как Елена, рассмотрев ткани, я выбрала светло-бежевого цвета костюмный велюр, и представляя какой получится из него рубашка. Одно из немногих, что я помнила из курсов по шитью, на которые совсем недавно записалась.
Когда отмеряла рулон внутрь зашла Елена, рассмотрев меня с ног до головы сказала надменным тоном: «А, ты уже здесь, сама пришла?»
– Да, вы ведь сказали,– начала я, но она быстро перебила: «Да, помню что говорила, можешь приходить сюда в любое время.»
– Спасибо,– ответила я коротко и снова приступила к делу. Тогда Елена обошла меня и спросила: «Ты хорошо позавтракала?»
– Более чем, спасибо,– тогда она словно не желая уходить добавила: «Советую тебе убрать эту ткань она для зимы и сшить наконец-то, комплект одежды по сезону, предположим для своей сестры.»
Руки произвольно сжались в кулаки,– Зачем она упоминает мою малышку? Мне это совсем не нравится!– но вскоре запал прошёл и я вспомнила про тайник в манекене. Вошла в ступор, замерла в ожидании что эта злобная женщина подойдет к манекену и все раскроется от запаха продуктов, или вдруг она решит поднять его наверх.
В голове не было идеи лучше взять рулон и со злостью поставит его обратно в ряд к другим. Тогда Елена, как и было задумано, отвлеклась от манекена, и обратилась ко мне с широко раскрытыми глазами. «Я тебя чем то обидела?» – спросила она с недоумением
Я смотрела на неё презрительно, а потом ответила: «Моя сестра тоже вынуждена замерзать по ночам?»
– Тебя это волнует? Когда ты в таком положении?
– Да, меня это волнует, я стараюсь пережить холод, но она совсем маленькая!
– Она находится в лучших условиях, у нее есть своя комната и мягкая кровать с одеялом, если хочешь такую же, тогда придётся идти на контакт. – сказала Елена язвительно
– Я бы не отказалась от одеяла и только,– ответила я довольно дерзко
– Так сшей его себе! Значит тебя не смущает одиночество?
Елена сказала это так грубо, со злостью, но почему? Она злилась на мою нерешительность или дерзость? Было не ясно, но я продолжила гнуть свою линию:
– Отнюдь, мне нравится быть наедине с собой, да и сюда идти недалеко.
– А ты знаешь где живут остальные?
– От чего же не догадаться? В этом здании их нет, значит они находятся в другом.
– Ладно, хватит разговоров, давай каждый займётся своим делом, мне пора идти. – после этих слов внутри отрезало якорь и появилась надежда на то, что проделка с едой не будет обнаружена, кто знает на что она способна.
В какой-то момент Елена повернулась и посмотрела в сторону манекена, она тихо сказала: «Будет время сшей мне такой костюм.»
Я молча кивнула в ответ на ее просьбу, не сняв с нее мерок, это сегодня было бы на грани безумия, еле-еле выпроводив ее, и отвадив от манекена, лезть на рожон.
Много времени прошло после ее ухода, я принялась шить плед из бежевой ткани в надежде что Айван зайдёт позже и заберёт фрукты, так оно и случилось. Вскоре он пришёл, нервный и строго спросил меня пила ли я воду.
– Пила,– сказала я и получила струю влаги из баллончика в лицо. После чего спокойно подошла к манекену и достала из него фрукты и печенье. У Айвана округлились глаза.
– Значит воду ты выпила, а фрукты есть не стала, на тебя и правда не действует то что она добавляет?
– Чему ты так удивлён?
– Дымовая шашка с газом сработала, да и ты как что-то съешь, теряешь контроль над собой.
– Нам нужно это есть? – спросила я указывая на еду, которую держала в руках.
– Нет, но я знаю кому она необходима,– Айван взял все из моих рук и направился к комнате маникюра. Вскоре от туда последовали радостные возгласы.
Айван вернулся и сказал что рыжая заболела, а Жене как назло сказали не давать ничего из транквилизаторов в еде, чтобы проверить его нутро, сможет ли сделать все тоже если будет в сознании. Но его мотает так, что он готов родную мать продать, за очередную дозу. – Ну ничего эксперимент будет сделан позднее.
