Он очнулся в обители. В том месте, где все стараются обокрасть друг друга, пока ужасные монстры и феномены убивают тех немногих людей, что ещё живы. Никто не собирается помогать или делиться друг с другом, ведь мораль осталась в прежней жизни. Каждый держится только за свою жизнь и Акай не исключение. Он всегда был эгоистом, им же и останется, не позволяя себе загнить в этой обители. Акай считал, что заслужил покой своей смертью, но к своему несчастью он выжил и теперь ему придётся найти выход из этого странного места. Но чем дальше он пробирается, тем сильнее становится чувство, что из обители нет выхода… Содержит нецензурную брань.
Медленно я открыл глаза.
Хотелось закричать, но из горла выходил лишь сдавленный хрип.
Глотку будто гвоздями ободрало. Мне едва удалось сделать один единственный вдох, пока из глаз текли слёзы.
Как бы я не напрягал глаза, но ничего кроме темноты так и не увидел. Очнувшееся тело, скованное холодом, ужасно болело, будто на меня свалили кучу ледяных камней.
Я не мог пошевелиться, а каждый вздох давался с болью.
«Почему я ещё жив?» – В голове резко появилась эта мысль, вытесняя все остальные.
Голова постепенно приходила в себя и с этим боль быстро отступала. Пошевелив конечностями, я понял – меня действительно сдавило и это не бред больного сознания.
Я что в гробу? Но, если судить по ощущениям онемевших конечностей, это было не так.
Когда сил прибавилось, я опять попробовал и на этот раз вышло. Пусть и с трудом, но у меня получилось что-то сдвинуть.
Будто мешки с песком ворочал.
Боль в остывшем теле ещё не исчезла. Из засохших и потрескавшихся губ полилась холодноватая кровь, что ещё раз напомнила об главном – я ещё жив! И даже несмотря на боль, мне нравилось это чувство!
Вдыхаемый горящими лёгкими воздух спертый и сухой, с неким привкусом плесени, но даже его едва хватало.
– Хааах. – Очередной вдох. Горло уже почти не болело.
Продолжая свои попытки хоть как-то сдвинуться, я услышал слабый шорох откуда-то сверху.
– Ээээй… – В этот раз вместо хрипа я смог протяжно подать голос.
Звук надо мной стал громче, а тяжесть на холодные конечности меньше.
Сквозь тонкую щель прямо в глаза ударил свет. Я рефлекторно зажмурился, ещё не привыкший к свету.
Что-то резко схватило меня, вытаскивая из-под завала.
Открыв глаза, я всё же задумался…
Не умер ли я всё-таки?
Стоил ли прямо сейчас лечь обратно и проснуться?
Ведь такого не может быть, верно?
Горы людских голых тел. Они были везде, уходя на километры во все стороны. Глянув вниз, я увидел, что стою на мужском лице. Шаг назад, и проваливаюсь в чей-то дряблый живот. Где бы я не вставал, нога упиралась с конечности на на конечность.
Какого хрена?! Что здесь?! Где я?
– Аааа… – Я чуть не сорвался на крик.
«Успокойся! Дыши глубже!» – Холодный внутренний голос привёл меня в чувство. Я остановился, ещё раз оглядываясь вокруг.
«Не стоит так нервничать. И не такое видели. И я и все остальные из нас. Так что прекращай и успокойся».
Холодный голос в голове исчез.
Закрыл глаза. Глубокий вдох и ещё один. Вновь открыть. Ничего не изменилось, но голова стала яснее.
Вокруг была мрачная серость и редкий свет, что едва пробирался сквозь темные тучи, но что смог ослепить меня. Пики гор были заметны где-то в стороне, густой лес с темными прожилками между деревьев. Повсюду тела. И посреди этих тел стоим мы двое.
Человек, что вытащил меня.
Кажется, он и раньше что-то говорил, но в панике я ничего не расслышал.
Просто старик. Морщины покрывали бледное худое лицо. Белая неухоженная борода слабо покачивалась на ветру, также, как и седые волосы. Его немного мутные карие глаза неотрывно смотрели на меня. Он весь был в каких-то грязных серых обносках, что и одеждой тяжело назвать. Жалкие стертые башмаки, штаны все в заплатах и такая же рубаха.
– Спасибо. – Сказал я старику, что помог мне выбраться из-под людского завала.
Старик покачал головой, что-то пробормотав себе под нос. Задав ещё несколько вопросов, я понял, что он не понимал русского и турецкого.
– Ты понимаешь? – В это раз спрашивал старик.
Он говорил на английском.
– Да…
– Можешь идти? – Вновь спросил он.
– Могу.
– Тогда идём. Тебе всё расскажут.
Вскинув мою руку себе на плечо, старик повёл меня вперёд. Онемевшие ноги всё больше приходили в норму. Но каждый мой шаг оканчивался на чьём-либо теле. Я шел вперед больше не глядя вниз. Старик же явно спокойно воспринимал ситуацию.
Что вашу мать здесь происходит?! Какого хрена?! В мыслях я постоянно орал, но сдерживал себя, не налетев на старика с криками. Ещё явно будет время на это. Сейчас следует сохранять спокойствие.
Наконец мы дошли до «края». Остановившись у самой кромке леса.
Опустив меня на землю, старик сел рядом, мрачно глядя на горы тел перед собой.
– Отдохнём немного…
Я сейчас будто на берегу моря. Только вместо песчаного берега твердая земля с острыми камнями, а вместо голубой воды – море человеческих тел, в которых я чуть не утонул.
– Что это? – Наконец спросил я.
– Спящие.
– Они спят? – Переспросил я, не веря в этот абсурд.
– Они спят. Пора идти.
Не став больше ничего говорить, старик резко поднялся. Возможно глупое решение, но мне ничего не оставалось как пойти за ним, единственным живым человеком, которого я здесь видел.
Мы двинулись чуть в сторону от леса.
Перед глазами появилась крохотная тропинка, ведущая неизвестно куда, но я шёл.
– Ты помнишь, как тебя зовут? – Не оборачиваясь спросил меня старик.
– Акай.
– Я Олд. Ты ничего не понимаешь и растерян, но не переживай, всё будет хорошо. Мы идём туда, где такие как ты. Там тебе всё объяснят.
