– Я снимала деньги в банкомате, – затягиваясь сигаретой, начала Таня. – А тут какой-то придурок меня с ног сбивает. Ну, ты меня знаешь, я за свое горло перегрызу. На улице никого нет, он визжит, в волосы вцепился… А от самого несет, как из помойной ямы. Так мы катались по снегу, пока какой-то дед с собакой не появился. У меня к тому времени сумочка раскрылась, и оттуда косметичка выпала. Этот псих, наверное, принял ее за кошелек, схватил ее и убежал. А я поехала к тебе.
– Ты должна была вызвать полицию, – покачал головой Андрей. – Ты хорошо его запомнила?
Таня выпустила дым изо рта.
– Думаю, я вряд ли его узнаю. Было темно, на нем была темная шапочка по самые глаза. Обычный парень лет двадцати пяти – тридцати.
Видя озабоченное лицо Андрея, Таня попыталась его успокоить:
– Белов, не парься ты так. Поверь, со мной все отлично. Особенно когда ты рядом.
Андрей хмыкнул. Он вдруг вспомнил о просьбе матери и, спохватившись, посмотрел на часы – было уже полпервого ночи. Звонить учительнице было бессмысленно, но завтра с самого утра он обязательно это сделает.
– Может, теперь расскажешь о своих проблемах? – задала вопрос Таня.
Андрей бросил взгляд в окно. Там началась настоящая метель.
– Мне кажется, ты не получишь особого удовольствия от рассказа о моих проблемах.
– Перестань, Андрей. Мы ведь друг другу не просто случайные знакомые. Так ведь?
– Мне очень хочется верить, что это так.
И он рассказал ей все. Начиная с того момента, когда риелтор отговаривал его покупать этот дом, и заканчивая сегодняшней сценой с дочерью.
– Моя мать считает, что все началось с того, как у Аллы появился новый парик. Теперь же ей вовсе кажется, что искусственные волосы приросли к голове моей девочки, – сказал Белов в заключение.
– Твоя мама очень умная женщина, – сказала Таня. К тому времени, когда Андрей закончил, в пепельнице было уже три окурка. – А такие женщины, как она, видят сердцем. И у них очень хорошо развита интуиция. Я права?
– Я не спорю. Но мне от этого не легче.
– Андрей, ты что-то сказал про шкатулку, если мне не изменяет память.
– Да, она в комнате.
– Я хочу посмотреть на нее.
Когда они оказались в гостиной, Таня осторожно взяла в руки шкатулку и принялась ее рассматривать.
– Как она попала к вам?
– Не имею ни малейшего понятия.
– Но из твоего рассказа следует, что Алла поднималась на чердак, и там же ты ее нашел.
– Совершенно верно, – ответил Андрей. – А еще там валяются куклы с отрезанными волосами.
– Куклы – это ерунда, – пробормотала Таня, прислонив шкатулку к уху. Изящные брови девушки поползли вверх. – Ты открывал ее?
– Нет. А в чем дело?
– Мне показалось, там что-то шуршит.
– Этого не может быть.
– Постой! – вдруг сказала Таня, и на ее лице появилось какое-то понимание. – Принеси пепельницу.
Пожав плечами, Андрей ушел на кухню и вернулся с пепельницей.
– Дай сюда. А теперь смотри.
Таня стояла перед адвокатом, держа в руках шкатулку и пепельницу.
– Не понимаешь? Они очень ПОХОЖИ по весу и размеру.
– Ты хочешь сказать… – медленно начал Андрей.
– Именно. Я больше чем уверена, что шкатулку принесла в твой дом Ксения. И каким-то образом эта деревянная штуковина поменялась местами с твоей пепельницей.
– Зачем Ксении пепельница? – раздраженно спросил Андрей, и Таня усмехнулась:
– Ты меня не понял. Это не Ксения поменяла шкатулку на пепельницу. Это сделал кто-то из вас.
Андрей сел, обдумывая слова девушки.
– Логично, – сказал он после недолгого молчания и поднял глаза на Таню. – Я точно знаю, что это не я. Значит, это моя мать или Алла?
– Это уже мне неизвестно.
Девушка опустила пепельницу на стол и вновь прислонила к уху шкатулку.
– Или я схожу с ума, или мне кажется, что я слышу какую-то музыку, – неуверенно сказала Таня. Она попыталась открыть шкатулку, но у нее ничего не вышло.
– Я сам палец ободрал, пытаясь открыть. Там есть защелка, поддень ее, – сказал Андрей. – Только осторожно!
Однако все было тщетно, девушка только сломала ноготь.
– Открой ее! – сказала девушка, и в голосе проскользнули истеричные нотки. Андрей с удивлением смотрел на ее возбужденное лицо: глаза горели, ноздри подрагивали.
– Не кричи. Давай сюда, попробую еще раз.
К его безмерному удивлению, шкатулка открылась с первой попытки. Таня почти рывком вырвала ее из рук адвоката и вперила в нее взгляд.
Шкатулка была пуста.
– Но я ведь ясно слышала шорох, – шепотом проговорила девушка, толкая крышку.
Хлоп! Шкатулка закрылась, словно пасть какого-то животного. Таня предприняла попытку снова открыть ее и вновь лишь оставила на пальце царапину.
– Это какое-то наваждение, – оторопело промолвил Андрей. Он взял из рук Тани шкатулку, и крышка чуть ли не сама откинулась назад. Таня растерянно отпрянула назад, встретившись с недоуменным взглядом Андрея.
– Пойдем спать, – выдавила она, дуя на палец. – Мне все это не нравится.
«Знала бы, как мне это не нравится!» – уныло подумал Андрей. Он положил шкатулку на стол и направился вслед за Таней.
Раздевшись, они нырнули в постель, обнявшись и целуя друг друга. Однако после нескольких бесплодных попыток Андрей со вздохом откинулся на спину.
