Бен открыл для себя две вещи, которые ему дали бывшие Мастер или Госпожи: с Госпожой он познал сексуальную эйфорию, освобождение, о котором молило его тело. С Мастером он ощутил частичную духовную принадлежность кому-то. И теперь, если бы ему удалось найти одного человека, который смог бы дать ему и то, и то, одну Госпожу, которая смогла бы владеть и его телом, и сердцем…
А затем Алекс начал ему рассказывать истории о его бывшей рабыне, которая стала Госпожой; о ее красоте, как внешней, так и внутренней, о ее нежной натуре, об умении вознести мужчину на такие высоты, о которых он даже не смел и мечтать. Неделями он дразнил его этой женщиной, пока в мечтах Бена лицо Стейси не оказалось заменено этой таинственной Госпожой. Той самой, которую он только что видел.
Она была потрясающей, как и описывал Алекс; мягкой, с потрясающими изгибами и великолепной большой грудью. Один лишь взгляд ее огромных голубых глаз моментально заставил член Бена затвердеть. Он хотел упасть перед ней на колени, следовать ее приказам, подчиниться каждому ее требованию.
Он не смог стереть ухмылку со своего лика, когда увидел носки туфель, появившиеся перед его глазами.
– Ты можешь посмотреть на меня, – разрешила Госпожа. Ее голос был низким, мягким, с легкой хрипотцой. Бен желал услышать, как этот хрипловатый голос заходился бы в крике в момент оргазма, подтверждая то, что он – Бен смог доставить ей удовольствие.
Он поднял на нее взгляд. Госпожа подцепила его подбородок кончиком пальца с длинным красным ногтем, вглядываясь ему в глаза.
– Хотел бы ты стать моим рабом на эту ночь?
Глаза Бена раскрылись шире от удивления, его обычно не спрашивали, а приказывали. Он знал, что всегда мог отказаться; Алекс ясно это ему объяснил, но от обходительности Госпожи Си покалывание пробежало вдоль его позвоночника, пока Бен пытался заставить себя спрятать излишнее волнение и вспомнить обязательный этикет.
– Если это будет вам угодно, Госпожа, то я сочту за честь принадлежать вам, – на уровне его глаз оказалась небольшая бархатная сумочка, висящая на талии женщины. Бен с восхищением наблюдал, как нежные руки Госпожи открыли застежку, и она достали тонкий серебряный поводок. Он был простым и не вычурным, но, когда она прикрепила его к кольцу на его ошейнике, Бен почувствовал будто ему подарили редчайшую драгоценность.
– Встань и следуй за мной.
Бен нетерпеливо поднялся, а затем был вынужден прикусить язык, когда Алекс склонился и с любовью поцеловал изогнутые губы Госпожи. Ревность, бешенная и совершенно не обоснованная, пронзила его до самых кончиков пальцев на ногах, но, прежде чем Бен смог скомпрометировать себя и полностью разозлить Госпожу, она потянула за поводок и направилась к лестнице.
ГЛАВА 3
Сердце Стейси колотилось, как сумасшедшее, когда она чувствовала тепло тела Бена, следовавшего за ней. Она медленно и глубоко дышала, пока они поднимались по ступеням на второй этаж.
У Стейси была своя собственная комната в клубе, разместившемся в особняке викторианских времен. Свое помещение, заполненное всем, с чем только Стейси предпочитала играть. Она обмотала поводок вокруг запястья, притянув Бена ближе к себе. Ее киска исходила влагой от воспоминания об обнаженном Бене.
Он не издавал и звука, но Стейси и не ожидала иного. Даже если Алекс и обучал его всего лишь месяц, он все еще оставался превосходным учителем. Он должен был объяснить Бену все правила поведения четко и ясно, наказывая раба за несоответствие им. На самом деле, теперь, когда ее шок улегся, Стейси удивилась тому, что Бен посмел ее коснуться без разрешения, когда она уронила бокал. Глупо, но она почувствовала вспышку тепла от мысли, что он столь же отчаянно жаждал дотронуться до нее, как и она жаждала его прикосновения.
Стейси остановилась перед фиолетовой дверью, ведущей в ее комнату. Проведя по замку специальной ключ-картой, она открыла дверь и включила свет.
Стейси улыбнулась. Она любила эту комнату. Стены переливались разными оттенками фиолетового – ее любимого цвета. В помещении было совсем немного мебели; огромная кровать, драпированная белыми и лиловыми занавесями, и вазы с цветами, чей аромат прекрасно сочетался с запахом горящих свечей, сделанных из лучшего воска. В углу стоял небольшой комод, в котором лежала большая часть ее игрушек. Вдоль одной из стен стоял оббитый кожей стол, который она использовала для наказаний, когда это требовалось.
Стейси прошла к оббитому фиолетовой тканью креслу и села в него, потянув за цепь. Бен опустился на колени, его глаза цвета виски были опущены вниз, пока он ждал дальнейших указаний.
Стейси осторожно сморгнула слезы, набежавшие ей на глаза.
– Ты предпочитаешь, чтобы я называла тебя по имени, или мне следует просто называть тебя питомцем? – она говорила тихим голосом, совершенно отличающимся от ее обычного игривого тона.
– Бен. Я предпочитаю Бен.
