Облака из кетчупа полностью

Огонь фыркнул. Гай Фокс взлетел вверх, и в тот миг, когда он исчез в пламени костра, парень отвернулся от толпы и взглянул прямо на меня.

Надпись у него на груди гласила: «Спасите Гая Фокса». Секунд пять мы взирали друг на друга, потом парень улыбнулся:

– Привет.

Всего одно слово, а я уже на седьмом небе! Костер исчез. Люди тоже. Были только мы с Кареглазым и наши взгляды, летящие навстречу друг другу в самом центре вселенной.

– Симпатичная футболка, – вымолвила я наконец. – Мне всегда его жалко, Гая Фокса.

– Хотя он и злодей?

– У Гая Фокса имелись свои причины. Кто знает, может, они были уважительными.

Глаза у парня озорно блеснули.

– Уважительные причины совершить плохой поступок… Интересно.

– Очень интересно. – Тот провод, что соединял нас с ним, раскалился добела. Я покраснела и отвернулась. Где-то далеко-далеко, на краю земли, плавилась маска чучела.

– Нет ничего лучше, чем старое доброе сожжение на костре, чтобы сплотить людей, – усмехнулся парень. – Теперь, может, пора метнуть туда же и пуделя. – Я покатилась со смеху, потому что пес так и зашелся лаем, пушистая клетчатая ярость. Парень покачал головой: – Шотландец, надо думать. Если так, я помилую хозяев. Как тебя зовут? – вдруг спросил он.

На этот раз я сказала ему. Три слога, как незнакомые, скользнули с губ.

– Лучше, чем Птичья девочка, – заметил парень, – как я мысленно называл тебя после вечеринки. Или Мышеловка.

У меня екнуло сердце. Тысячу раз подряд екнуло. Он тоже думал обо мне!

– Надо полагать, и тебя зовут не Кареглазым парнем.

– Это мое второе имя. А первое – Арон.

В то же мгновение (я и слова сказать не успела) на плечо Арона легла чья-то рука.

– Привет! – сказала какая-то девчонка.

Одно это слово – и я рухнула с небес на землю. У нее были длинные рыжие, как огонь, волосы. И черное, как уголь, пальто. А ее улыбка, предназначенная Арону, еще долго жгла мне душу.

– А вот и ты! – Он притянул ее к себе и обнял.

Она выглянула из-за его плеча – матовая кожа с идеальным количеством веснушек и прямой нос, сделавший бы честь любому пластическому хирургу.

– Мне нужно с тобой поговорить, – шепнула она, положив пальцы ему на затылок.

– Не вопрос! – отозвался он.

Я-то ждала совсем другого ответа, но собралась с силами и лишь небрежно улыбнулась, когда он, извинившись, шагнул ближе к жару костра для разговора.

Я посмотрела на часы. Четверть десятого. Через сорок пять минут за мной заедет мама.

Через сорок четыре минуты.

Через сорок три…

– Ага, вот ты где! Я уж думала, тебя прикончили или еще что. – Ко мне подскочила сердитая Лорен. – Где тебя носило?

Я протянула руки к огню, зябко повела плечами для виду:

– Да просто окоченела.

– Могла бы предупредить. Я сама чертовски замерзла. И подыхаю – пить хочу. Скамейку пришлось уступить. Положила на нее сумку, а тут старикан подваливает и начинает, типа, «Места занимать нельзя!» и давай разоряться, его жене, типа, нужно отдохнуть.

– Какой заботливый.

– Какой чокнутый! Он же один был. Как пить дать, из тех, кто видит то, чего нет. Ну, знаешь, некрофилия или как ее там.

Я спрятала улыбку.

– Ты хочешь сказать – шизофрения.

– Что?

– Шизофрения. Некрофилия – это… в общем, тебе это не надо.

Я глянула в спину Арона. Сорок одна минута до приезда мамы.

Лорен потянула меня за руку.

– Ну, пошли.

– Куда?

– Пить хочется! – приплясывая на месте, напомнила она.

Арон держал руку той девчонки в своих руках и не сводил глаз с ее лица.

– Ага, давай. – Я отвернулась от костра, чувствуя, как кишки покрываются инеем, но совсем не потому, что мы отошли от огня.

В очереди Лорен трещала как сорока. Вы, мистер Харрис, может быть, не знаете, как трещит сорока, но если вам кажется, что это как сорок других птиц разом, то вы близки к истине. Лорен щебетала и щебетала о том старшекласснике, с которым она целовалась на вечеринке у Макса. Я изо всех сил старалась сосредоточиться, да только без толку, ведь там, у костра, Арон приобнял девчонку за плечи.

Едва Лорен расплатилась за бутылку воды, как в небо взвились огненные хвосты фейерверка. О-о-о! – пришла в восхищение толпа. А-а-ах! Недолго думая, я дернула Лорен за руку, и мы прямо там, не сходя с места, шлепнулись на траву и уставились в небо. Ночь вокруг нас распускалась огненными цветами. Я показала на синие хвостатые искры:

– На головастиков похоже.

– Скорее, на сперматозоиды, – заметила Лорен. Мы покатились со смеху. И вправду, искры крутились по небу, будто наперегонки старались оплодотворить луну. Рука Лорен повторила их движение.

– Плывите, спермики, плывите.

– Мило. – Над нами склонилось чье-то лицо.

Светлые волосы. Карие глаза. Очередная вспышка огней в небе и одновременно алый взрыв в моем сердце. Арон.

Лорен прикрыла глаза рукой. Я заморгала, пригляделась. Тот самый старшеклассник ухватил Лорен за руку, поднял на ноги. Я нехотя встала. Какое разочарование…

– А я тебя искал, – сказал он. – Пошли, прогуляемся вдоль реки.

Лорен взяла меня под руку.

– Только если Зои пойдет с нами.