— Это очень просто, — ответил Аберо. — Какой-то тип, обладающий незаурядной энергией и сообразительностью, вбил себе в голову погубить компанию «Россериз и Митчелл-Франс»; в чем тут причина — трудно сказать, но, действуя таким образом, он, по-видимому, хочет нанести удар самой идее транснациональной компании. Вот как он мог действовать — я консультировался с экспертами, и они подтвердили мои предположения, — он мог, либо рассчитав силу взрывного заряда, либо при помощи автогена, либо посредством водяной струи повредить опоры, поддерживающие здание: разрезать их или заставить осесть, и тогда стены дали бы трещины. Это нелегко, но вполне по силам злоумышленнику, хорошо знакомому с таким делом. Гражданские инженеры пробивают стены в заранее намеченном месте с удивительной точностью. В нашем случае, например, если бы взрыв повредил ту железобетонную опору, что стоит на повороте подземного хода, ведущего из склепа в соседний зал, он мог бы вызвать известную нам трещину, и его не было бы слышно снаружи. Одновременно злоумышленник распространяет среди сотрудников двусмысленные листовки, стараясь напустить побольше таинственности. Он хочет поразить наше воображение с помощью необычных приемов, которые застают наших руководителей врасплох. Он досконально знает все подземелья под зданием и чувствует себя там как рыба в воде. Наконец, он так прекрасно и так дерзко подражает голосу Анри Сен-Раме, что приводит всех в полное смятение, распространяя ложные сведения. Наши руководители в панике и не знают, что предпринять. Они либо скрывают, либо преуменьшают значение фактов и тем самым делают их более значительными или говорят о них насмешливо и несерьезно и тем самым усугубляют их. Так, например, в последние дни странное поведение нашего генерального директора и несвойственные ему речи травмировали персонал, ибо неестественно бодрое настроение тоже может нанести травму. Но, дорогой мой номер семь, я уверен, что мои коллеги горят нетерпением услышать от вас рассказ об обеде у Сен-Раме и о причинах, которые привели вас и наших американских друзей на улицу Оберкампф во время ночного бдения. Мы поняли, что усталость была не единственной причиной вашего обморока, когда вы вошли в большой мраморный зал. Не было ли это также следствием удивления, волнения, внезапного испуга? Что вы знаете доподлинно об этом ночном бдении? Наши догадки на этот счет туманны, а вы, сами того не подозревая, возможно, держите ключ к разгадке этого нелепого спектакля.
В голосе Аберо зазвучали инквизиторские нотки, которые мне не понравились, и я вдруг задал себе вопрос: не привлекли ли заговорщики меня в свою группу с тайной целью выведать, что организатором ночного бдения был не наш генеральный директор, а злоумышленник? Тут я вспомнил, что Сен-Раме просил меня вести эту игру без оглядки и что моя миссия состоит в том, чтобы разузнать и точно передать ему все действия и намерения сотрудников. Я подробно рассказал о событиях этой злосчастной ночи. Когда я закончил, мои коллеги несколько минут сидели молча. Наконец Аберо замогильным голосом подвел итог:
— Значит, все произошло так, как мы и думали, спектакль был организован злоумышленником, и все попались на эту удочку, — добавил он сквозь зубы, — все, во главе с руководителями! Какой позор! Спасибо, дорогой номер семь, что вы открыли нам глаза, а заодно и подтвердили мои подозрения. Сейчас у нас есть огромное преимущество перед нашим противником: внезапность действий. Он и не подозревает, что мы открыли место, где находится его логовище. Завтра же вечером мы выйдем на охоту. Пусть распространяет свои последние обличения — конец его близок. А скажите, кто назвал эти послания «обличениями»?
— Сен-Раме, — ответил я, — в ночь бдения у гроба.
— А, это очень интересно! — пробормотал Аберо и объявил: — Если больше ни у кого нет вопросов, нас ждет ужин! Завтра утром не удивляйтесь, что не увидите меня на работе. Я останусь дома, чтобы подготовить нашу ночную экспедицию; после обеда я пришлю вам инструкции.
Тут меня вдруг осенило, и я спросил, могу ли я продолжать сотрудничество с Рюменом и генеральной дирекцией.
— Оно будет нам только на руку, — ответил Аберо, именно так, как я и надеялся. — Не меняйте своего поведения, вы должны быть в курсе намерений дирекции и следить за настроениями персонала: ближайшие дни будут решающими во многих отношениях.
