— Это я, — донёсся до меня тихий голос Абакана. — Ты чего ПНВ не включила?
— Я не знаю даже, что это такое, — жалобно произнесла я.
Даже сквозь броню и все защитные слои экзоскелета я чувствовала, как рука Абакана невесомо скользила по моей талии, потом вверх — по плечам, шее и шлему — и нашла где-то на нём маленькую кнопочку. Раздался негромкий щелчок, и видеть стало намного лучше, потому что включился…
— Прибор ночного видения, — пояснил Абакан. — Можно было бы фонарик включить вместо него, но лучше пусть монолитовцы нас не видят. Теперь слушай, — он опустился на корточки и достал из кармана рюкзака карту, — мы выйдем сейчас из подземного перехода и спустимся в другой тоннель. Там на входе несколько «электр», но я знаю, как их можно обойти. Когда пройдём через тоннель, мы окажемся в той части города, где монолитовцев почти нет. И, если не будем выходить на главную улицу, спокойно пройдем к моему другому убежищу. Кстати, ты сейчас с защитой, если хочешь, можно попытаться пройти через Радар. И потом укроемся у нас на базе.
Я вздохнула и задумалась. Спать мне уже расхотелось, зато захотелось побыстрее выбраться отсюда. И я кивнула Абакану, как раз в это время сворачивавшему карту:
— Согласна. Пошли на Радар.
Абакан поднял на меня два своих круглых жёлтых окошка:
— Уверена?
— Конечно!
— Ладно, пошли. Только не застони по дороге.
Я только рассмеялась. Не стоит меня недооценивать! Хотя кто меня знает, как я себя поведу по дороге? Может, сдамся на первом же километре или на первом же препятствии типа аномалии или мутанта? Но думать о плохом — это загодя настраиваться на поражение, и я отогнала от себя такие мысли.
В тоннель мы спустились без особых происшествий. Я даже смогла не попасть ни в одну из «электр», рассыпавших вокруг себя статические заряды в виде молний, невредимой спуститься с грузовика, по которому мы их обходили, и не потерять при этом СВД. Потом мы прошли вниз по широкому проходу, повернули за угол — и вот с этого момента начались все неприятности.
В нас сразу же упёрлись лучи нескольких налобных фонарей. Абакан кинулся в одну сторону, я — в другую, и тоннель наполнился грохотом выстрелов. Пули, с присущей им одним резвостью, рикошетили от каменных стен, свистели, быстро вылетая из автоматных стволов, и я укрылась от них за ближайшим металлическим ящиком, опустившись на четвереньки. Едва стрельба утихла, я решилась выползти из-за него. И сразу же пожалела об этом, потому что оказалась на прицеле кого-то, одетого в черный с красными вставками на груди экзоскелет. Выпрямившись, я остановилась перед ним на коленях.
— Так, посмотрим, кто это у нас тут, — услышала я сбоку басовитый голос.
— Ты попал к группировке «Долг», сталкер, — добавил другой голос, более звонкий и приятный. — Так что не рыпайся, иначе живым не уйдёшь. Оружие чтоб не поднимал на нас, понял?
— А может, решим всё мирным путём? — робко спросила я. Чёрт, и куда делся Абакан? Тоже мне, нашёлся сопроводитель до выхода из Зоны! Может, этих упросить, чтоб помогли?
— Череп, я не ослышался? Это ж не мужик — спросил первый голос. — И как ты сюда попала, девочка?
— Я не помню, — ответила я. — Просто очнулась посреди поля около ЧАЭС.
— Ага, а почему с тобой был этот свободовец, Абакан? — снова первый.
— Вы его знаете? — подняла брови я. — Сам привязался. Он меня утром нашёл. И вовсе он не со мной. И вообще я хочу выбраться отсюда как можно скорее, — буркнула я. От того, что Абакан просто так бросил меня, было обидно. Зато со мной остались его СВД и экзоскелет, который нужно было ему вернуть. Так что, подумала я, он ещё вернётся.
— А экзоскелет откуда? — не унимался бас.
— Хватит, Вепрь, — оборвал его второй голос, принадлежавший, как я поняла, Черепу. — «Долг» берет тебя под защиту. Если будешь себя хорошо вести, доведём до Периметра. Если нет — подумаем, что ты за «Свободу». Всё ясно?
— Ясно, — кивнула я. — А что значит: подумаете, что я за «Свободу»?
— Значит, что свободовцам места в этом мире нет. Подумаем, что ты за них — и тебя не станет! — с пахабным смешком пояснил Вепрь своим густым басом.
— Понятно, — я вздохнула. — Может, разрешите мне встать?
— Вставай. Пошли, — сказал Череп. — Поведём тебя к Воронину, он решит, что с тобой делать.
Я встала с колен, отряхнула броню и ещё раз с сожалением подумала об Абакане. За последние часы я привыкла к нему. А эти долговцы, даже относительно любезный Череп, не внушали мне доверия. Хотя, с другой стороны, может, всё-таки доведут до выхода?
