Фурцева спасла Хрущёва тем, что в момент, когда взбунтовавшиеся вожди сбросили Никиту с главного поста, не растерялась и вызвала Жукова в Кремль. Жуков спас Хрущёва угрозой решить спор вождей с помощью танков. Жуков созвал членов Центрального Комитета партии со всей страны и доставил их в Москву на военных самолетах, продемонстрировав решимость Советской Армии защищать Хрущёва любыми средствами.
Екатерина Алексеевна Фурцева любила красивую жизнь. Было куда пригласить высокого гостя — на дачу, смахивающую на дворец, на берегу Москва-реки. Было чем угостить.
Екатерина Алексеевна страстно любила власть.
Было о чем поговорить с тем, кто скоро станет вождем уже и официально.
Потому разговор Екатерина Алексеевна повела о героях войны. О тех, кто спас человечество от диктатуры нацистов, от чумы коричневой. О том, как оценивать заслуги героев.
Вот там у них, на Западе, социальная несправедливость вопиющая, богачи утопают в роскоши, во дворцах живут, а пролетариат бедствует. Никакого равенства! Но в одном вопросе нам есть чему у них поучиться.
Кто главный герой войны в Америке? Правильно, Эйзенхауэр. А кто он теперь? Теперь он Президент США.
Кто главный герой войны во Франции? Правильно, Шарль де Голль. После войны он возглавил правительство Франции, сейчас он в оппозиции, но скоро быть ему президентом. Потому что больше некому.
Кто главный герой войны в Югославии? Правильно, Йосип Броз Тито. Маршал. Он взял власть в свои руки и будет править страной всю жизнь. Если он победил в войне, то должен и в мирное время страной управлять. Разве не так?
Оттого, что разговор зашел о Югославии, Екатерина Алексеевна мужа своего позвала: Коля, подойди сюда, познакомься с Георгием Константиновичем.
Представила Екатерина Алексеевна мужа своего, чрезвычайного и полномочного посла СССР в Югославии Фирюбина Николая Павловича. Николай Павлович рассказал Жукову о том, о чем рассказывать не имел права: маршал Тито, который Югославией правит, может быть, военно-морские базы и аэродромы Советскому Союзу уступит. Дело в том, что с экономикой у него не очень, деньги позарез нужны. Прямо сейчас. И много. Да только в том беда, что с Никитой Тито говорить не будет. Кто такой Хрущёв? Генерал-лейтенант. Да не боевой генерал, а политический надзирала. А Тито — боевой маршал. Тито советским орденом «Победа» награжден. Таких орденоы во всем мире 19 штук. У Тито он есть, а у Хрущёва и близко такого ордена быть не может. Встреча с Хрущёвым для маршала Тито — унижение. Если бы и встретился Тито с Хрущёвым, то на хрущёвские уговоры не поддался бы.
Хрущёв созвал новый состав Президиума Центрального Комитета КПСС на совещание. На повестке дня — вопрос о международном положении. Картина ясная. В прошлом году отбили бы Суэцкий канал у проклятых врагов, если бы была хоть одна военно-морская база на Средиземном море, но такая, которую можно было бы по железным дорогам беспрепятственно снабжать, то есть база в Югославии. Вздохнул Никита Сергеевич:
— Придется мне, товарищи, ехать в Югославию, с Тито договариваться. Авось уломаю.
— А что если товарища Жукова туда послать? — осторожно поинтересовалась товарищ Фурцева. — Два-то маршала быстрее сговорятся.
— А и то правда, — поддержал товарищ Брежнев.
— Можно с намеком туда прибыть, — товарищ Козлов вставил. — Не самолетом полететь, а прийти на крейсере. Мол, товарищ Тито, куда бы нам причалить?
Оживились товарищи. Шутка, к месту сказанная, украшает любой деловой разговор. И повернулись все разом к товарищу Жукову: что скажешь, Георгий Константиныч? По силам тебе дипломатическая миссия?
Немедленно после встречи с Жуковым Николай Павлович Фирюбин отбыл в Югославию. Забыв все, забросив все дела, он требовал встречи с вождями Югославии, с государственным секретарем по делам обороны, с воротилами идеологического фронта, с государственным секретарем по иностранным делам. Он говорил с генералами и дипломатами, министрами и их заместителями. Он добился встречи с маршалом Тито и имел с ним продолжительную беседу. А 12 июля 1957 года МИД СССР получил шифровку из Белграда:
12 июля 1957 года в 15 часов 53 минуты на государственном полигоне Тюра-Там был произведен пуск ракеты 8К71. На 33-й секунде полета ракета потеряла устойчивость. Был дан сигнал на подрыв.
